Меню Рубрики

Гены вызывающие рак молочной железы

Анджелина Джоли согласилась пройти двойную мастэктомию в качестве профилактической меры

Анджелина Джоли недавно сообщила о своем решении пройти двойную мастэктомию, чтобы избежать рака груди. Она узнала о том, что имеет наследственную мутацию гена, связанного с раком груди и яичников. В то время как женщины с геном восприимчивости к раку молочной железы (BRCA) имеют на 45-65% повышенный риск развития рака молочной железы, только около 2% диагностированных случаев рака молочной железы обусловлены дефектами гена BRCA.

Почти весь геном человека защищен патентами. Это создало монополии, которые препятствуют научно-техническому прогрессу, а также делает связанную с геном медицину неоправданно дорогой. Важно понимать, что несмотря на то, что вы можете быть носителем дефектного гена, это не означает, что генетическая черта будет выражена у вас. Есть много альтернатив, позволяющих снизить риск рака молочной железы.

Все происходящее похоже на дурной сон. Новейшей и самой лучшей «профилактической» стратегией в отношении генетически предрасположенных к раку молочной железы женщин является ампутация.

Парадоксально, что Анджелина Джоли согласилась пройти двойную мастэктомию в качестве профилактической меры. Такое ее личное решение может оказать огромные последствия для населения.

Мать Анджелины Джоли умерла от рака яичников в возрасте 56 лет. У Джоли был выявлен наследственный ген, связанный с раком молочной железы и яичников. Врачи выявили у нее 87% риск развития рака молочной железы и 50% риск развития рака яичников. На самом деле риск рака отличается у каждой женщины. Лишь небольшая часть случаев рака молочной железы возникает в результате наследственной мутации гена. У лиц с дефектным геном BRCA1 обычно определяют 65% риск рака молочной железы. По оценкам врачей, после мастэктомии риск рака молочной железы снижается до 5%. Непостижимо, как любой исследователь может давать такие точные прогнозы будущего риска рака на основе генетических данных. Единственное объяснение заключается в полном неведении об науке эпигенетике, которая изучает влияние разных факторов на экспрессию наших генов (См. статью: Метилирование – секрет биохимии здоровья).

Генетический тест проверяет наличие мутаций в генах BRCA1 и BRCA2 (The BRCA означает «ген предрасположенности к раку молочной железы») и стоит около 4000$. По иронии судьбы, если вы обнаружите, что являетесь носителем мутации гена BRCA, то стандартная рекомендация в США заключается в проведении маммографии и МРТ по крайней мере один раз в год. На самом деле, даже если у вас есть генетическая предрасположенность к раку молочной железы, было бы разумно максимально избегать ионизирующего излучения, но не наоборот!

Несколько европейских стран, включая Великобританию, Нидерланды и Испанию, уже изменили свои рекомендации скрининга для женщин с мутациями BRCA. Они рекомендуют таким женщинам проводить магнитно-резонансную томографию (которая не выделяет ионизирующего излучения), а маммографию – в возрасте до 30 лет. Исследования показали, что женщины с этими генетическими мутациями являются более чувствительными к радиации.

Например, опубликованные в British Medical Journal результаты исследований показали, что женщины с неисправными генами BRCA более склонны к развитию рака молочной железы, если они подвергаются воздействию рентгена грудной клетки в возрасте до 30 лет. Согласно Cancer Research UK: «Облучение в 20 лет повышает риск развития рака молочной железы на 43%. Любая экспозиция в возрасте до 20 лет повышает этот риск на 62%». Поэтому некоторые ученые настаивают на том, что странам, применяющим маммографию у женщин в возрасте до 30 лет, следует пересмотреть свои руководящие принципы. Снизить риск рака молочной железы можно, применяя магнитно-резонансную томографию.

В то время как у женщин с BRCA дефектом риск развития рака молочной железы повышен на 45-65%, только около 2% диагностированных случаев рака молочной железы обусловлено наличием дефектов в этом гене. Таким образом, этот генетический дефект не является основной причиной рака молочной железы. Очевидно, другие негенетические факторы играют гораздо более значимую роль в развитии рака молочной железы.

Таким образом, личная история Анджелины Джоли не имеет абсолютно никакого отношения к 99% всех женщин, потому что они просто не имеют BRCA1 или BRCA2 мутации. Большинство женщин не несут эту мутацию, а в большинстве случаев рак молочной железы носит спорадический характер.

Кроме того, важно понимать, что даже если вы являетесь носителем дефектного гена, это еще не означает, что искомый ген должен экспрессироваться (проявиться). Другими словами, наличие дефекта BRCA не является автоматическим смертным приговором. Вы можете снизить свой риск рака молочной, если измените свой образ жизни, который оказывает огромное влияние на вашу экспрессию генов.

С середины 1940 гг. геномика и патентование генов значительно выросли. В настоящее время почти 20% человеческого генома (около 4000 генов) защищены патентом США. Они включают в себя гены, связанные с болезнями, раком толстой кишки, болезнью Альцгеймера, астмой и т.д. Патент на BRCA1 и BRCA2 гены принадлежит исключительно компании Myriad Genetics.

После того, как была проведена мастэктомия, акции компании быстро взлетели на фондовых рынках. Джоли также удалила яичники, чтобы снизить риск рака яичников. Таким образом, она находится в состоянии «хирургической менопаузы», которая требует тщательного гормонального мониторинга.

Обман в сельском хозяйстве, пищевой, биотехнологической, химической и других видах промышленности является главной движущей силой в развитии большинства хронических заболеваний. По всей видимости, Анджелина Джоли стала жертвой сложных и умных методов, которые успешно поставили здравый смысл с ног на голову. Она научилась доверять и верить системе, которая создала это безумие. Не попадайтесь в сети самых прибыльных отраслей в мире. Только Myriad Genetics имеет ежегодный доход примерно полмиллиарда долларов. Диагностика на наличие дефектов в гене рака молочной железы составляет 85% от общего дохода компании, которая владеет патентом на BRCA.

По иронии судьбы, несмотря на то, что мы входим в век индивидуальной медицины, способность врачей на самом деле использовать такие достижения на благо своих пациентов в настоящее время глубоко ограничена. Ведь врач не может анализировать ДНК, не нарушая при этом патентных прав!

Модели эпителиальных клеток показали, что травма груди сама по себе может вызвать рак. Латентный период между травмой и раком обычно составляет около 5 лет. Таким образом, физическая травма может вызвать рак молочной железы.

Новое исследование показало, что малейшие царапины у мышей могут спровоцировать рост раковых клеток. Поэтому некоторые виды рака группируются вокруг ожогов, хирургических шрамов и других повреждений. Если у вас есть предрасположенность к раку, травма может повысить риск его развития. Эти данные свидетельствуют о том, что развитие рака возможно в оставшейся или окружающей ткани груди после радикальной операции (и даже после двойной мастэктомии!). Игольчатая биопсия также может стать причиной рака!

Эпигенетика доказывает, что ваш генетический код не может быть приговором, как считалось ранее. На самом деле есть возможность контролировать экспрессию генов. Гены экспрессируются или подавляются в зависимости от среды, в которой они оказались. То есть играет роль наличие или отсутствие соответствующих питательных веществ и токсинов. На наше здоровье даже влияют мысли и чувства, которые вызывают гормональные колебания в организме.

В научно-исследовательской работе под названием «Дело против тестирования BRCA1 и BRCA2», опубликованной в журнале «Хирургия» 30 июня 2011 года, четыре автора из отделения хирургии Калифорнийского университета объясняют то, что многие онкологи не хотят слышать:

«Получается, что, как и книга, ген может быть прочитан назад и вперед. Небольшие участки (или главы) в пределах большого гена могут «быть прочитаны» в одиночку. Трехмерной структурой ДНК управляет процесс метилирования, который вообще предотвращает от «чтения» многие главы. Кроме того, короткие сегменты РНК (22 пары оснований микро-РНК) могут вернуть цикл обратно, чтобы управлять транскрипцией ДНК. Таким образом, ДНК – это только отправная точка. Являются BRCA1 и BRCA2 уникальными? Или, как и у других генов, их экспрессия регулируется внутриклеточными отношениями (эпигенетическими и экологическими) индивидуального пациента?

BRCA1 и BRCA2 кодируются ядерными белками, которые также известны как супрессоры генов опухолей, способные ремонтировать поврежденную ДНК. Обе мутации увеличивают пожизненный риск рака молочной железы у женщин. У менее 5% женщин с диагнозом карцинома протоков или инвазивный рак протоков диагностируют гены BRCA».

В целом, авторы утверждают, что для скрининга и лечебных целей, генетическое тестирование BRCA1 и BRCA2 является лишь «дорогим способом определения», поскольку: 1) Последовательность пары оснований ДНК у всех людей идентичны на 99,6%; 2) Эпигенетические факторы существенно обрабатывают РНК и влияют на сообщения ДНК; 3) Есть тысячи вариантов последовательности генов BRCA1 и BRCA 2 генов; 4) Семейная история с генами BRCA1 и BRCA2.

Таким образом, важно понимать, что, хотя многие благонамеренные врачи и средства массовой информации будут стремиться убедить вас в ценности скрининга рака, это не в коей мере не приравнивается к профилактике рака. Хотя раннее обнаружение важно, очень популярные методы скрининга могут причинить больше вреда, чем пользы.

В крупнейшем обзоре, проведенным Американским институтом исследований рака, было показано, что около 40% случаев рака молочной железы в США можно было бы предотвратить, если бы люди изменили свой образ жизни . Если вы будете строго соблюдать приведенные ниже рекомендации, то сможете снизить свой риск рака молочной железы на 75%.

  1. Не употребляйте сахар, особенно фруктозу. Все формы сахара вредны для здоровья в целом и способствуют раку.
  2. Оптимизация витамина Д. Витамин Д влияет практически на каждую клетку организма человека и является одним из самых мощных истребителей рака. Витамин Д способен войти в раковые клетки и вызывает их апоптоз (гибель клеток). Если у вас рак, ваш уровень витамина Д должен быть между 70 и 100 нг/мл. Если вы принимаете перорально высокие дозы добавок витамина Д3, то должны увеличить употребление витамина K2.
  3. Оптимизация витамина А. Существует доказательство того, что витамин А играет роль в профилактике рака молочной железы. Лучше получать это вещество из богатых витамином А продуктов (яичные желтки, сырое масло, сырое цельное молоко, говядина или куриная печень).
  4. Лимфатический массаж груди повышает естественную способность вашего организма устранять раковые токсины.
  5. Не поджаривайте сильно мясо, потому что такой способ приготовления связан с повышенным риском рака молочной железы. Во время жарки мяса образуется очень вредный канцероген акриламид.
  6. Не употребляйте пресные соевые продукты. Неферментированная соя содержит много растительных эстрогенов, или фитоэстрогенов. В некоторых исследованиях показано, что соя работает совместно с эстрогеном человека, увеличивая пролиферацию клеток молочной железы, что повышает шансы на мутацию и образование раковых клеток.
  7. Постарайтесь улучшить чувствительность рецепторов к инсулину. Лучший способ сделать это – избегать сахара и зерновых продуктов, а также выполнять физические упражнения.
  8. Поддерживайте здоровую массу тела. Это произойдет естественным образом, если вы начнете правильно питаться и регулярно выполнять упражнения. Важно потерять лишний жир тела, поскольку он производит эстроген.
  9. Ежедневно пейте 0,5 л органического зеленого овощного сока.
  10. Употребляйте качественные животные омега-3 жиры (как масло криля). Дефицит омега-3 жиров является общим основополагающим фактором для рака.
  11. Куркумин – это активный ингредиент в куркуме, который в высоких концентрациях может быть очень полезной добавкой в лечении рака молочной железы. Эта добавка показала огромный терапевтический потенциал в профилактике метастазов рака молочной железы.
  12. Избегайте алкоголя или ограничьте количество алкогольных напитков до одного в день.
  13. Кормите ребенка грудью до шести месяцев. Исследования показывают, что грудное вскармливание может снизить риск рака молочной железы.
  14. Не носите бюстгальтеры на косточках. Существует много данных, что такие бюстгальтеры могут усилить риск развития рака молочной железы.
  15. Избегайте электромагнитных полей. Даже электрические одеяла могут увеличить риск развития рака.
  16. Избегайте синтетической гормональной терапии. Рак молочной железы является эстроген-связанным раком. Есть также риски для молодых женщин, применяющих пероральные контрацептивы. Противозачаточные таблетки, которые также состоят из синтетических гормонов, связаны с раком шейки матки и раком молочной железы.
  17. Избегайте BPA, фталатов и других ксеноэстрогенов. Эти эстрогеноподобные соединения связаны с повышенным риском рака молочной железы.
  18. Убедитесь, что в вашем организме нет дефицита йода. Существуют убедительные доказательства, связывающие дефицит йода с раком молочной железы.

Спросите себя, что вы будете делать, если узнаете, что являетесь носителем гена рака молочной железы. В идеале, такой результат теста должен стимулировать вас серьезно заняться профилактикой. Но даже если у вас нет мутации, факторы образа жизни по-прежнему определяют риск рака молочной железы. Помните, процент выявленных случаев рака молочной железы при наличии мутантного гена составляет менее 5%!

источник

Ученым сегодня известно, что процесс роста раковой опухоли начинается тогда, когда один или несколько генов в клетке подвергаются процессу мутации. Это означает, что ген либо начинает кодировать измененный ненормальный белок, либо изменяется настолько, что вовсе перестает кодировать белок. В результате этого происходит нарушение нормальных процессов клеточного роста и деления, что может приводить к образованию злокачественной опухоли.

Генетические мутации могут происходить во время разных временных отрезков человеческой жизни: если они происходят до рождения человека, то все клетки в организме будут содержать этот мутировавший ген (герминогенная мутация), и он будет передаваться по наследству, либо мутация может произойти в отдельной клетке организма в течение жизни, и измененный ген будет содержаться только в клетках-потомках той единственной клетки, в которой произошла мутация (соматические мутации). Большинство злокачественных заболеваний развивается как следствие случайной мутации в единственной клетке, при дальнейшем делении которой образуется опухолевое потомство. Однако около 10% случаев злокачественных новообразований имеет наследственный характер, то есть мутация, предрасполагающая к заболеванию раком, передаётся из поколения в поколение.

Какова вероятность, что измененный ген будет наследоваться?

Любая клетка в организме содержит две копии одного и того же гена, одна из этих копий достается по наследству от матери, другая — от отца. Когда мутация передается от родителей к ребенку, то она присутствует в каждой клетке организма ребенка, в том числе и в клетках репродуктивной системы — сперматозоидах или яйцеклетках, и способна передаваться из поколения в поколение. Герминогенные мутации отвечают за развитие менее 15% злокачественных опухолей. Такие случаи рака называют «семейными» (то есть, передающимися в семьях) формами рака. Однако наследование одной копии измененного гена не означает, что унаследована также склонность к развитию определенного вида опухоли. Дело в том, что наследственные заболевания могут иметь различный тип наследования: доминантный, когда для развития болезни достаточно и одной унаследованной копии гена, и рецессивный, когда болезнь развивается в случае получения измененного гена от обоих родителей. В таком случае, родители, которые имеют в своем наследственном аппарате только один измененный ген, являются носителями и сами не болеют.

Читайте также:  Удаление молочной железы для предотвращения рака

Генетика рака молочной железы

Большинство случаев заболевания раком молочной железы (РМЖ) — около 85% — являются спорадическими, то есть повреждение генов происходит после рождения человека. Врожденные формы рака молочной железы (около 15%) развиваются в случае, когда мутантная форма гена попадает к пациентке по наследству, передаваясь из поколения в поколение. Существует несколько разновидностей генов, которые участвуют в развитии РМЖ, включая и мутации, при которых происходит потеря генов-супрессоров опухоли.

В соответствие со своим названием «гены-супрессоры опухоли» препятствуют возникновению опухолевых процессов. Когда происходит нарушение их деятельности, опухоль получает возможность бесконтрольного роста.

В норме каждая клетка организма несет две копии каждого гена, одна из которых получена от отца, а другая — от матери. РМЖ обычно наследуется по аутосомно-доминантному пути. При аутосомно-доминантном способе наследования достаточно, чтобы мутация произошла только в одной копии гена. Это означает, что тот родитель, который несет в своем геноме мутантную копию гена, может передать потомству как ее, так и нормальную копию. Таким образом, вероятность передачи заболевания ребенку составляет 50%. Наличие в геноме раковой мутации увеличивает риск развития опухолей, которые специфичны для данной мутации.

Каков среднестатистический риск развития РМЖ?

Среднестатистическая женщина имеет риск развития РМЖ равный около 12% в течение всей жизни. По другим данным раком молочной железы в течение жизни заболевает каждая 8-ая женщина.

Насколько широко распространен РМЖ?

РМЖ является наиболее часто встречающейся опухолью у женщин (если не учитывать рак кожи, который весьма распространен в пожилом и старческом возрасте) и второй по частоте причиной смертельных исходов от опухолей после рака легкого. РМЖ встречается и у мужчин, но его частота примерно в 100 раз ниже, чем у женщин.

Для того чтобы выявить лиц, относящихся к группе риска по развитию РМЖ, рекомендуется провести генетическое тестирование среди пациентов с семейной историей РМЖ. Большинство экспертов настаивают на проведении предварительной консультации со специалистом-генетиком прежде, чем решиться на генетическое исследование. Специалист должен обсудить с пациентом все «про» и «контра» генетического тестирования, поэтому записаться к генетику на прием необходимо.

Что должна знать женщина о вероятности передачи РМЖ в ее семье?

Если близкие родственницы (мать, дочери, сестры) заболели РМЖ, или если среди других членов семьи (бабушки, тети, племянницы) несколько раз встречалось это заболевание, то это может указывать на наследственный характер болезни. Это особенно вероятно, если диагноз РМЖ был установлен кому-то из родственников, не достигших возраста 50 лет.

Если родственницы первой линии (мать, сестра или дочь) развили РМЖ, то риск заболеть возрастает в 2 раза по сравнению со среднестатистическим. Если заболели двое из близких родственниц, то риск заболеть в течение жизни РМЖ превышает среднестатистический в 5 раз. В то же время неясно, во сколько раз возрастает риск заболеть для той женщины, в семье которой отмечалось заболевание РМЖ у родственника-мужчины.

Какие наследственные мутации повышают риск развития РМЖ?

Существуют несколько генов, связанных с повышенным риском заболеваемости РМЖ. Ниже описаны наиболее распространенные синдромы, связанные с повышенным риском развития РМЖ.

  • Синдром семейного (наследственного) рака молочной железы и яичников (ССРМЖЯ) («hereditary breast-ovarian cancer» — HBOC). Гены BRCA1 и BRCA2 (BRCA = BReast CAncer) являются генами-супрессорами опухолевого роста, которые повреждаются при синдроме семейного РМЖ. Те женщины, которые являются носителями мутантной формы гена BRCA имеют 50-85% вероятность развития РМЖ в течение своей жизни. При этом их риск заболеть раком яичников составляет около 40%. Мужчины, несущие в своем геноме мутантные формы генов BRCA1 или BRCA2 также могут иметь повышенный риск развития РМЖ или простаты. И мужчины и женщины, имеющие мутацию гена BRCA2 могут относиться к группе повышенного риска развития РМЖ или других вариантов рака. Мутантная форма гена имеет определенное накопление в некоторых этнических группах, так, например, примерно одна из 50 женщин-евреек Ашкенази несет врожденную мутацию в гене BRCA1 или BRCA2, которая повышает риск развития РМЖ в течение жизни до 85% и риск развития рака яичников до 40%. В настоящее время известно, что около 80% всех наследственно-обусловленных РМЖ вызваны мутантными формами генов BRCA1 и BRCA2.
  • Атаксия-телангиоэктазия (А-Т). Наследственный синдром, называемый «атаксия-телангиоэктазия», вызывается мутацией в гене, расположенном на 11 хромосоме — так называемом АТМ-гене. При этом синдроме также возрастает риск развития РМЖ.
  • Синдром Ли-Фромени. Члены семей с синдромом Ли-Фромени (СЛФ) имеют 90%-ную вероятность развития раковой опухоли в течение жизни. Наиболее частыми опухолями, которая развивается при СЛФ, является: остеогенная саркома, мягкотканая саркома, лейкозы, рак легкого, РМЖ, опухоли мозга и опухоли коры надпочечников. Этот достаточно редкий синдром является причиной менее чем 1% от всех РМЖ. Ген, с которым ассоциирован СЛФ, называется «р53». Этот ген является геном-супрессором опухолевого роста. Тестирование на наличие гена р53 рекомендуется членам семей, которые отвечают диагностическим критериям СЛФ. Проводится множество исследований с целью достичь лучшего понимания механизмом развития СЛФ. Другой изученный ген — CHEK2 — может приводить к развитию синдрома, напоминающего СЛФ, в некоторых семьях. У носителей мутантной формы этого гена риск развития РМЖ повышен в 2-5 раз среди женщин и в 10 раз — среди мужчин. Проведение тестирования на мутации в области CHEK2-гена в настоящее время доступны в рамках проведения научных исследований.
  • Синдром Коудена. Женщины с синдромом Коудена имеют повышенный риск развития РМЖ в течение жизни, который составляет от 25% до 50%, и 65% риск доброкачественных новообразований молочных желез. Также при этом заболевании повышен риск развития рака тела матки, который составляет от 5% до 10% и много больше — вероятность развития доброкачественных процессов в матке. При синдроме Коудена повышена вероятность развития рака и доброкачественных опухолей щитовидной железы. Другими признаками синдрома Коудена является макроцефалия — большой размер головы, и изменения кожи, такие как трихилеммомы и папиломатозный папулез. Ген, ассоциированный с синдромом Коудена, называется. PTEN. Полагают, что он также относится к генам-супрессорам опухоли, и для его идентификации разработаны специфические тесты.
  • Синдром Пейтца-Йегерса (СПЙ). У женщин с СПЙ риск развития РМЖ в течение жизни повышен до 50%. Однако главным признаком СПЙ является наличие множественных гамартомных полипов и пищеварительном тракте. Наличие этих полипов существенно повышает риск развития рака толстой и прямой кишки. Люди с синдромом ПЙ также имеют повышенную пигментацию (темные пятна на коже) лица и рук. Гиперпигментация зачастую появляется в детстве и существует всю жизнь. Данный синдром также предполагает повышенный риск развития рака яичников, тела матки и легких. Ген, ассоциированный с СПЙ, называется STK11. Ген STK11 является геном-супрессором опухоли и может быть определен в результате генетического тестирования.
  • Другие гены. В настоящее время остается еще много неизученного относительно роли отдельных генов в повышении риска развития РМЖ. Вполне возможно, что существуют другие гены, до сих пор не идентифицированные, которые влияют на наследственную предрасположенность к развитию РМЖ.

От чего зависит персональный уровень риска?

В дополнение к семейной истории, существуют дополнительные факторы риска, заключающиеся в окружающей среде и образе жизни, которые также способны повышать риск развития РМЖ. Для того, чтобы лучше понимать свой собственный риск развития ракового заболевания, необходимо обсудить со своим лечащим врачом медицинскую историю семьи и персональные факторы риска. Те люди, которые имеют повышенный риск развития РМЖ, могут пройти специальное генетическое тестирование и следовать своему индивидуальному плану ранней диагностики. Кроме того, им необходимо исключить те дополнительные факторы риска, которые могут быть исключены. Относительно риска развития РМЖ такими контролируемыми факторами риска являются: несбалансированное питание, избыточный вес, гиподинамия, злоупотребление алкоголем, курение и неконтролируемое применение препаратов женских половых гормонов.

Для любой женщины, не являющейся членом семьи, где наследуется повышенная заболеваемость раком яичников и не имеющей других факторов риска, риск развития рака яичников на протяжении всей жизни составляет менее 2%.

Рак яичников составляет около 3% от всех злокачественных опухолей, развившихся у женщин.

Он занимает 8-ое место среди всех онкологических женских заболеваний и 5-ое место среди причин смерти женщин от рака, что может вам подтвердить врач-онколог.

Как узнать, что в семье передаётся наследственная форма рака яичников?

Если у ближайших родственников (мать, сестры, дочери) были случаи заболевания раком яичников, или несколько случаев заболевания встречались в одной семье (у бабушки, тёти, племянницы, внучек), то не исключена вероятность, что в этой семье рак яичников имеет наследственный характер.

Если у родственников первой линии родства был диагностирован рак яичников, то индивидуальный риск женщины из этой семьи в среднем в 3 раза превышает среднестатистический риск развития рака яичников. Риск ещё возрастает, если опухоль была диагностирована у нескольких близких родственниц.

Какие наследственные генетические мутации влияют на возрастание риска развития рака яичников?

К настоящему времени учёным известно несколько генов, мутации в которых приводят к повышению риска развития рака яичников.

Ниже описаны наиболее распространенные наследственные синдромы, связанные с риском развития рака яичников.

  • Синдром семейного (наследственного) рака молочной железы и яичников (ССРМЖЯ) («hereditary breast-ovarian cancer» — HBOC). Повреждения в генах BRCA1 и BRCA2 — наиболее часто встречающаяся ситуация в случаях семейного рака молочной железы и яичников. Было рассчитано, что мутации в гене BRCA1 встречаются в 75% случаев наследственных форм рака яичников, а в оставшихся 15% «повинен» ген BRCA2. При этом риск заболевания раком яичников составляет от 15% до 40% на протяжении жизни, а раком молочной железы — до 85%. Мужчины, несущие в своем геноме мутантные формы генов BRCA1 или BRCA2 также могут иметь повышенный риск развития РМЖ или простаты. Носительство мутаций в гене BRCA2 также связано с повышенным риском развития других вариантов рака: меланомы и рака поджелудочной железы. Гены BRCA1 и BRCA2 относятся к так называемым «генам-супрессорам опухолевого роста». Это означает, что на основании этих генов синтезируется белок, участвующий в клеточном цикле и ограничивающий количество клеточных делений. Тем самым ограничивается вероятность формирования опухоли. Если в генах-супрессорах опухоли происходит мутация, то белок либо не синтезируется вовсе, либо имеет дефектную структуру и не способен предотвращать возникновение опухолевых клеток.
    Мутантная форма гена имеет определенное накопление в некоторых этнических группах: существуют три наиболее распространенных мутации: 2 в гене BRCA1 и одна — в гене BRCA2, в популяции евреев-ашкенази. Среди этой популяции риск носительства одной из трех форм мутантных генов составляет 2,5%.
    Женщины, являющиеся носительницами мутаций в генах BRCA1 или BRCA2 должны проходить тщательный скрининг для раннего обнаружения рака яичников и молочных желез. Скрининг для раннего выявления рака яичников должен включать в себя: осмотр гинеколога, ульторазвуковое исследование органов малого таза и анализ крови на онкоген CA-125. Скрининг для раннего выявления РМЖ должен включать: самообследование молочных желез, осмотр маммолога, маммографию 1 раз в год, ультразвуковое исследование молочных желез и МРТ.
  • Наследственный Неполипозный Рак Толстого Кишечника (ННПРТК) (синдром Линча) составляет около 7% в структуре заболеваемости наследственным раком яичников. Женщины с этим синдром имеют 10% риск развития рака яичников. Риск развития рака матки при этом составляет до 50%. ННПРТК наиболее часто ассоциируется с риском развитием рака толстого кишечника, который составляет от 70 до 90%, во много раз превышая подобный риск в общей популяции. Пациенты с ННПРТК имеют также повышенный риск развития рака желудка, тонкого кишечника и почек. Также в этих семьях наблюдается повышенная заболеваемость раком молочной железы.
    Учёными найдено несколько генов, поломки в которых ведут к развитию ННПРТК. Наиболее частой причиной синдрома являются мутации в генах MLH1, MSH2 и MSH6. Хотя чаще всего находят мутации сразу в нескольких генах, но описаны семьи, в которых находят изменения только в одном гене.
    Гены, мутации в которых вызывают развитие синдрома ННПРТК, являются представителями группы генов, относящихся к так называемым генам «репарации ошибок» (mismatch repair genes). Генов этой группы происходит синтез белков, которые восстанавливают ошибки в структуре ДНК, которые случаются в процессе клеточного деления. Если один из таких генов видоизменяется, то образуется белок, не способный устранять ошибки в структуре ДНК, дефектная структура ДНК нарастает от одного деления клетки к другому, что может приводить к развитию рака.
    Женщины из семей, в которых диагностирован ННПРТК, должны проходить обязательный дополнительный скрининг для раннего выявления рака матки и рака яичников, помимо тестов, направленных на раннее выявление рака толстого кишечника.
  • Синдром Пейтца-Йегерса (СПЙ). У женщин с СПЙ повышен риск развития рака яичников. Хотя главным признаком СПЙ является наличие множественных гамартомных полипов и пищеварительном тракте. Наличие этих полипов существенно повышает риск развития рака толстой и прямой кишки. Люди с синдромом ПЙ также имеют повышенную пигментацию (темные пятна на коже) лица и рук. Гиперпигментация зачастую появляется в детстве и может со временем бледнеть. У женщин из семей с СПЙ риск развития рака яичников составляет около 20%. Данный синдром также предполагает повышенный риск развития рака тела матки, молочной железы и легких. Ген, ассоциированный с СПЙ, называется STK11. Ген STK11 является геном-супрессором опухоли и может быть определен в результате генетического тестирования.
  • Синдром невусоидной безально-клеточной карциномы (СНБКК) известен также под названием синдрома Горлина, характеризуется развитием множественных базально-клеточных карцином, кист костей челюсти, и мелких оспин на коже ладоней и подошв стоп. У женщин с синдромом Горлина в 20% случаев развиваются доброкачественные фибромы яичников. Существует определенный, хотя и незначительный риск, что эти фибромы могут перерождаться в злокачественные фибросаркомы. Дополнительным осложнением синдрома является развитие опухолей мозга — медуллобластом в детском возрасте. Внешними чертами пациентов с синдромом Горлина являются: макроцефалия (большой размер головы), необычное строение лица и аномалии скелета, затрагивающие строение ребер и позвоночника. Не смотря на то, что СНБКК наследуется по аутососмно-доминантному типу, около 20-30% пациентов не имеют семейной истории заболевания. Известно, что с заболеванием ассоциирован ген PTCH, структуру которого можно определить в специальных тестах.
Читайте также:  Ранний симптом рака молочной железы

Существуют ли другие наследственные состояния, приводящие к повышенному риску развития рака яичников?

Другими врожденными состояниями, при которых повышен риск развития РЯ, являются:

  • Синдром Ли-Фромени. Члены семей с синдромом Ли-Фромени (СЛФ) имеют 90%-ную вероятность развития раковой опухоли в течение жизни. Наиболее частыми опухолями, которая развивается при СЛФ, является: остеогенная саркома, мягкотканая саркома, лейкозы, рак легкого, РМЖ, опухоли мозга и опухоли коры надпочечников. Этот синдром является достаточно редким, его вызывает мутация в гене, который называется «р53» и является геном-супрессором опухолевого роста. Тестирование на наличие гена р53 рекомендуется членам семей, которые отвечают диагностическим критериям СЛФ. Проводится множество исследований с целью лучшего понимания механизмом развития СЛФ. Другой известный ген — CHEK2 — может приводить в некоторых семьях к развитию синдрома, напоминающего СЛФ.
  • Атаксия-телангиоэктазия (А-Т) редкое наследственное аутосомно-рецессивное заболевание, характеризующееся прогрессирующими нарушениями походки, которые обычно развиваются в детстве. Вскоре после приобретения навыков ходьбы дети начинают спотыкаться, их походка становится неустойчивой, большинство пациентов с А-Т вынуждены пользоваться креслом-каталкой. Со временем развиваются нарушения речи и трудности при письме и выполнении точных движений. При осмотре пациентов на коже, слизистых и склере глаз заметны сосудистые звездочки, называемые телангиоэктазиями, которые представляют собой расширенные капилляры. У пациентов с этим синдромом также ослаблена иммунная система и они подвержены инфекционным заболеваниям. Риск развития опухолей составляет 40%, из которых наиболее часто встречаются злокачественные лимфомы. Возрастает также риск развития рака молочной железы, яичников, рака желудка и меланомы.
    А-Т наследуется по аутосомно-рецессивному типу, то есть для развития заболевания необходимо унаследовать 2 мутантные копии гена, называемого АТМ-геном и расположенного в 11 хромосоме. Это означает, что оба родителя заболевшего ребенка должны быть носителями измененного гена, а их дети имеют 25% вероятность унаследовать заболевание. Носители измененного АТМ-гена имеют повышенный риск заболеваемости некоторыми формами злокачественных заболеваний. В первую очередь — раком молочной железы.
  • Комплекс КАРНЕЙ является редким наследственным состоянием, характеризующимся пятнистой пигментацией кожи, чаще всего распространяющейся на лицо и губы, которая появляется в период полового созревания. Кроме пятен на коже, пациенты с этим синдромом склонны к развитию многочисленных доброкачественных опухолей, наиболее частые из которых — миксомы, представляющие собой кожные узелки различной окраски от белых до ярко-розовых, расположенные на веках, ушной раковине и сосках. Около 75% пациентов с комплексом КАРНЕЙ развивают опухоли щитовидной железы, но они в большинстве случаев, доброкачественные. Вообще. Считается, что риск развития злокачественных опухолей у пациентов с КК является низким. Комплекс КАРНЕЙ является врожденным состоянием с аутосомно-доминантным типом наследования. Несмотря на это, примерно 30% пациентов не имеют семейной истории заболевания. Один из генов, отвечающих за развитие этого состояния, получил название PRKAR1A. Второй ген, предположительно расположенный во 2-ой хромосоме, находится в состоянии исследования, и учёные считают, что он также может быть связан с развитием заболевания.

От чего зависит персональный уровень риска?

Дополнительно к отягощенной семейной истории, существуют дополнительные факторы риска, связанные с поведенческими привычками и окружающей средой. Эти факторы могут влиять на риск развития рака яичников. Женщины, относящиеся к группе повышенного риска развития заболевания, могут пройти генетическое исследования и определить необходимость скрининговых исследований, направленных на раннюю диагностику рака яичников. В особенно опасных ситуациях может быть рекомендована профилактическая офороэктомия (удаление здоровых яичников для снижения риска развития рака молочной железы и яичников).

Носительство определенных генетических мутаций, повышающих риск развития рака яичников, не означает 100% вероятности заболевания данным видом опухоли. Помимо этого существенную роль играют контролируемые факторы риска, среди которых такие хорошо известные, как избыточный вес, курение, употребление алкоголя и малоподвижный образ жизни.

Роль генетических факторов вы развитие рака почки

Рак почки чаще развивается как случайное событие, то есть около 95% случаев не имеют под собой наследственных причин, которые были бы известны сегодняшней науке. Только 5% раков почки развиваются на фоне наследственной предрасположенности. Таким образом, среднестатистический риск развития рака почки составляет менее, чем 1% на протяжении всей жизни человека, причем мужчины болеют чаще в 2 раза по сравнению с женщинами.

Как можно понять, что в семье существует предрасположенность к развитию рака почки

Если у ближайших родственников (родителей, братьев, сестер или детей) развилась опухоль почки, или среди всех членов семьи отмечалось несколько случаев заболевания раком этой локализации (включая дедушек, бабушек, дядей, тетей, племянников, двоюродных сестер и братьев, а также внуков), то есть вероятность, что это наследственная форма заболевания. Это особенно вероятно, если опухоль развилась в возрасте до 50 лет, или имеет место двустороннее поражение и/или множественные опухоли в одной почке.

Каков индивидуальный риск развития рака почки при семейной предрасположенности?

Если родственники первой линии родства (родители, братья-сестры, дети) болели раком почки в возрасте до 50 лет, то это означает, что риск заболеть может быть повышен. Чтобы определить уровень индивидуального риска, необходимо идентифицировать то наследственное состояние, которое, возможно, привело к развитию рака.

Какие врожденные генетические мутации повышают риск заболеваемости раком почки

Существует несколько генов, про которые известно, что они ассоциированы с развитием рака почки, и каждый год описывают новые гены, влияющие на этот процесс. Некоторые из наиболее распространенных генетических состояний, которые повышают риск развития рака почки, изложены ниже. Большинство этих состояний приводят к развитию определенной разновидности опухоли. Понимание специфического генетического синдрома в семье может помочь пациенту и его лечащему врачу разработать индивидуальный план профилактики и ранней диагностики и, в определенных случаях, определиться с оптимальной лечебной тактикой. Некоторые из наследственно обусловленных состояний связаны также помимо риска развития опухолей, с повышенной вероятностью развития определенных неопухолевых заболеваний, и это знание также может быть полезно.

  • Синдром фон Хиппеля-Линдау(ФХЛ). Люди, имеющие наследственный ФХЛ-синдром, относятся к группе риска по развитию нескольких разновидностей опухолей. Большинство этих опухолей относится к доброкачественным (нераковым), Однако примерно в 40% случаев существует рис к развития рака почки. Причем определенного специфического типа, называемого «светло-клеточный рак почки». Другие органы. Подверженные развитию опухолей у пациентов с синдромом ФХЛ — это глаза (ретинальные ангиомы), головной и спиной мозг (гемангиобластомы), надпочечники (феохромоцитома) и внутреннее ухо (опухоли эндолимфатического мешка). Развитие опухоли органа слуха может служить причиной полной или частичной потери слуха. У пациентов с ФХЛ могут также развиваться кисты в почках или поджелудочной железе. Синдром проявляет себя клинически в возрасте 20-30 лет, но возможно появление симптомов и в детском возрасте. Около 20% пациентов с синдромом ФХЛ не имеют семейной истории этого заболевания. Ген, определяющий развитие синдрома ФХЛ, также называется геном ФХЛ (VHL) и относится к группе генов-супрессоров опухолевого роста. Гены-супрессоры опухоли обычно ответственны за синтез специфического белка, который ограничивает клеточный рост и препятствует возникновению опухолевых клеток. Мутации в генах-супрессорах приводят к потере способности организма ограничивать рост клеток и, как результат этого, могут развиваться опухоли. Генетическое тестирование для определения мутаций в гене ФХЛ рекомендовано лицам, в семейной истории которых встречаются заболеваний, ассоциированные с синдромом ФХЛ. Скрининг для выявления симптомов ФХЛ-синдрома должен проводиться в семьях, среди членов которых повышен риск развития этого синдрома, и начинаться в раннем возрасте. Этот скрининг включает в себя:
    • Исследование глаз и мониторирование артериального давления с возраста 5 лет;
    • УЗИ органов брюшной полости с раннего детства, МРТ или КТ органов забрюшинного пространства после 10 лет;
    • Тест на уровень катехоламинов в суточной моче;
  • Семейные случаи светлоклеточного рака почки, не связанные с синдромом ФХЛ. Большинство случаев развития светлоклеточного рака почки являются спорадическими, то есть развиваются со случайной вероятностью. Однако, существует очень низкий процент семейных случаев светлоклеточного рака почки при отсутствие других признаков синдрома ФХЛ. Некоторые из таких пациентов наследуют специфические перестройки генов в хромосоме 3. С помощью методов генетической диагностики можно выявить такие перестроенные хромосомы. У некоторых пациентов генетические причины развития рака почки пока не известны. Для членов семей с такими редкими синдромами рекомендовано начать обследование для выявления опухолей почек в возрасте 20 лет с использованием УЗИ, МРТили КТ органов забрюшинного пространства.
  • Врожденная папиллярная почечно-клеточная карцинома (ВППКК). ВППКК можно подозревать в тех случаях, когда у двух или более близких родственников диагностируется один и тот же вид опухоли почек, а именно папиллярная почечно-клеточная карцинома 1-го типа. Обычно этот вид опухоли при семейных случаях диагностируется в возрасте 40 лет или позже. Пациенты с ВППКК могут иметь множественные опухоли в одной или сразу обеих почках. Лица, принадлежащие к семьям, в которых наследуются случаи ВППКК, должны проходить скрининговые диагностические исследования, включающие УЗИ, МРТ или КТ, с возраста около 30 лет. Ген, ответственный за развитие ВППКК, называется с-MET. Ген с-МЕТ относится к прото-онкогенам. Прото-онкогены отвечают за синтез белков, которые в нормальной клетке запускают клеточный рост. Мутации в прото-онкогенах приводят к тому, что образуется слишком много такого белка и клетка получает слишком сильный сигнал к росту и делению, что может приводить к формированию опухоли. В настоящее время уже разработаны специальные методы, позволяющие выявлять мутации в составе гена с-МЕТ.
  • Синдром Берта-Хогга-Дубе (БХД). Синдром БХД относится к редко встречающимся синдромам, и ассоциирован с развитием фиброфолликулом (доброкачественные опухоли волосяного фолликула), кистами в легких и повышенным риском возникновения рака почки. У пациентов с синдромом БХД риск развития рака почки составляет 15-30%. Большинство опухолей почки, развивающихся при этом синдроме, классифицируются как хромофобные опухоли или онкоцитомы, но в редких случаях возможно развитие светлоклеточного и ли папиллярного рака почки. По причине повышенного риска развития злокачественных опухолей почек, членам семей с синдромом БХД показано раннее начало регулярных диагностических проверок для исключения этой патологии (УЗИ, МРТ или КТ начиная с возраста 25-ти лет). Ген, ответственный за развитие синдрома БХД называется BHD, и может быть определен путем генетических исследований.
  • Врожденный лейомиоматоз и почечно-клеточная карцинома (ВЛПКК). Пациенты с этим синдромом имеют кожные узловые образования, называемые лейомиомами. Чаще всего такие узлы образуются на конечностях, груди и спине. У женщин часто диагностируются миомы матки, или, что намного реже, лейомиосаркомы. Пациенты с ВЛППК имеют повышенный риск развития рака почки, который составляет около 20%. Чаще всего развивается папиллярная почечноклеточная карцинома 2-го типа. Скрининг для раннего выявления рака почки должен проводиться среди членов семей с ВЛППК. Ген, ответственный за развитие этого синдрома, называется FH-геном (fumarette hydratase) и может быть определен при генетическом тестировании.

Существуют ли другие врожденные состояния, связанные с повышенным уровнем развития рака почки?

Клинические наблюдения показывают, что встречаются и другие случаи семейной предрасположенности к развитию опухолей почки, и эта тема является обоастью повышенного внимания генетиков. Менее значительное увеличение риска развития рака почки отмечается у пациентов с туберозным склерозом, синдромом Коудена, врожденным неполипозным раком толстого кишечника. При всех этих заболеваниях показана консультация специалиста-генетика.

Генетика рака предстательной железы

Большинство случаев рака простаты (около 75%) происходят в результате соматических мутаций, случайным образом и по наследству не передаются. Наследственный рак предстательной железы сос

Генетик
Все статьи Предыдущая Следующая

источник

Главный спонсор конкурса — дальновидная компания Генотек.
Конкурс поддержан ОАО «РВК».

Эта работа представлена на конкурс научно-популярных статей «био/мол/текст»-2014 в номинации «Лучший обзор».

Спонсором номинации «Биоинформатика» является Институт биоинформатики. Спонсором приза зрительских симпатий выступила фирма Helicon. Свой приз также вручает Фонд поддержки передовых биотехнологий.

«Решение сделать мастэктомию далось нелегко. Но я счастлива. Теперь риск рака молочной железы у меня ниже 5%», — сказала Анжелина Джоли, сообщив об уже проведенной подкожной мастэктомии с одновременным протезированием. На радикальную профилактику РМЖ актриса, активный общественный деятель и мать шестерых детей согласилась, узнав о мутации в гене BRCA1, из-за которой риск возникновения РМЖ врачи оценили почти в 90% (рис. 1).

Профилактическая мастэктомия — один из наиболее эффективных и дискуссионных способов предупреждения рака груди. Хотя распространенность наследственного рака невысока от всех случаев РМЖ), шанс заболеть у женщин-носительниц предполагаемых мутаций повышается — вплоть до почти 100% вероятности в некоторых случаях. Роковые цифры рассчитывают для каждой пациентки индивидуально.

И если с помощью профилактической мастэктомии риск наследственного РМЖ удается снизить на 95%, это является значимым аргументом в пользу операции. Хотя достоверно оценить пользу для конкретной пациентки очень сложно, в масштабе всего мира ученые оценивают превентивную мастэктомию положительно. К тому же женщинам сейчас можно меньше волноваться из-за эстетической стороны вопроса: реконструктивные операции стали широко доступны. Импланты вставляют незамедлительно после удаления молочной железы — это так называемая подкожная мастэктомия с одновременным протезированием. Однако возникает и новая проблема: у небольшой части женщин, вместо серьезного взвешивания «за» и «против» операции, на первый план выходит соблазн подправить форму/размер груди даже при относительно маленьком риске развития рака.

Рисунок 1. Анджелина Джоли на премьере фильма «Малефисента» (2014).

Число женщин, выбирающих превентивную мастэктомию, увеличивается с каждым годом. В Англии, по данным NHS (национальной системы здравоохранения), операцию на здоровых железах в 2002 году провела 71 пациентка, а в 2011 — уже 255 [4].

Частота подобной операции больше всего растет в США: как сообщил Доктор Келли Хант на ежегодной конференции американского общества клинической онкологии (ASCO), в 2010 году в Anderson Cancer Center (Хьюстон, США) здоровые железы удалили 8% пациенток, в 2011 году — 12,6%, в 2012 — уже 14,1% [5]. Что же это: массовая истерия или разумный выход из положения?

Первое зафиксированное хирургическое вмешательство при РМЖ связано, как часто бывает, с древними греками: врач Леонид советовал выжигать грудь раскаленной кочергой до грудной клетки. Практика «постоперационного» ухода за пережившей это пациенткой началась еще на сотню лет позже. В эпоху Ренессанса всё, что могли сделать хирурги, — это отрезать грудь как можно скорее и, желательно, неожиданнее. «По факту, хирурги появлялись в доме женщины без предупреждения», — пишет Кристина Ларонга в историческом обзоре «The changing face of mastectomy: an oncologic and cosmetic perspective». — «Несколько мужчин, сопровождавших хирурга, держали женщину на ее же кухонном столе, позволяя доктору выполнить необходимую процедуру. » [3].

Читайте также:  Если маленькая грудь может быть рак груди

Первая профилактическая мастэктомия была проведена еще в 1917 году, и ее необходимость обосновывали парадоксально: «страх получить увечье заставляет женщину избегать как диагностики, так и лечения, позволяя заболеванию прогрессировать. » [1]. Едва ли не насильственную превентивную мастэктомию можно объяснить, наверное, отеческой заботой, говорит не без сарказма Франсуа Айзингер из французского института Паоли-Кальметте в этико-историческом обзоре по РМЖ [2].

В наше время уровень безопасности и качество помощи при мастэктомии несоизмеримо возросли, и сейчас женщины нередко сами настаивают на операции, несмотря на то, что заболевание должно проявиться только через десятилетия. Цель профилактической (превентивной) мастэктомии — это снижение риска РМЖ, то есть именно заболевания, а не его исхода. Айзингер пишет, что при выборе превентивной мастэктомии обеспокоенность женщин по поводу лучевой и химиотерапии идет не на последнем месте. «Я не боюсь второго рака, но я не хочу заново проходить химиотерапию», — так пациентки с мутациями в BRCA1 объясняют свой интерес к проведению контралатеральной мастэктомии при локализации опухоли в одной груди.

Развитие наследственного рака напрямую связано с двумя процессами — насколько оперативно клетка замечает повреждение генома и как она его чинит. На настоящий момент «опасных» генов уже выделено более 40, а мутации в них обуславливают около 14% заболеваний РМЖ. На BRCA1 и BRCA2, например, приходится 2,5% всех случаев рака груди. Помимо BRCA, среди так называемых генов восприимчивости к РМЖ с высокой пенетрантностью — то есть, с наибольшими шансами развития опухоли среди носителей мутации — есть еще p53, PTEN, STK11/LKB1 и CDH1. К умеренно-пенетрантным, то есть связанным с меньшим риском возникновения РМЖ, относятся, например, ATM, CHECK2, BRIP1 и PALB2. Около 70% случаев наследственного РМЖ соотносят с аллелями низкопенетрантных генов или с неизвестными генетическими факторами. Граница разделения пока не очень четкая, хотя все-таки считается, что мутации в высокопенетрантных генах увеличивают риск РМЖ в в низкопенетрантных генах — максимум в 1,5 раза [8].

Рисунок 2. Генетическая структура рака молочной железы. Слева: Генетическая предрасположенность к развитию рака груди составляет около от всех случаев РМЖ, причем высокопенетрантные гены ответственны примерно за четверть опухолей, передающихся по наследству [6]. Справа: Соотношение основных генов, мутации в которых задействованы в развитии наследственного РМЖ: среди известных генов BRCA1 и 2 занимают лидирующую позицию [7].

Еще в начале годов BRCA1 и BRCA2 были идентифицированы как гены предрасположенности к раку молочной железы и раку яичников. Они находятся в длинных плечах и хромосом и имеют 24 и 27 экзонов соответственно, причем мутации чаще всего встречаются в самом крупном — одиннадцатом экзоне. Ортологи BRCA1 и BRCA2 определены и у других млекопитающих; всего в генах BRCA зарегистрировано свыше 2000 (!) различных мутаций, среди которых есть и делеции, и вставки, и замена одиночных нуклеотидов.

Ген BRCA1 кодирует ядерный белок, который участвует в восстановлении двухнитевых разрывов ДНК (double-strand breaks, DSB), транскрипции, регуляции гомологичной рекомбинации (процесса обмена двух одинаковых или идентичных молекул ДНК нуклеотидными последовательностями, чаще всего именно при DSB), контроле митотических чекпойнтов (система, следящая за состоянием клетки, которая может «запретить» ее дальнейшее деление, если что-то идет не так — например, при вероятности ракового перерождения; если же этот контроль ослабевает или выключается, то клетка с поломкой продолжает делиться, и через какое-то количество делений получается опухоль). Совместно с другими супрессорами опухолей, сенсорами повреждения ДНК и прочими молекулами он образует сложный комплекс из множества субъединиц — BRCA1-associated genome surveillance complex, контролирующий стабильность генома. Регуляция транскрипции происходит через взаимодействие домена BRCT с гистондеацетилазами — белками, которые с помощью удаления ацетильных групп с гистонов увеличивают плотность упаковки ДНК и тем самым снижают скорость транскрипции генов.

Помимо рака молочной железы, мутации в гене BRCA1 проявляются при раке яичников, причем оба типа опухолей развиваются в более раннем возрасте, чем при ненаследственном РМЖ. BRCA1-ассоциированные опухоли в целом связаны с неблагоприятным прогнозом для пациентки, поскольку чаще всего относятся к трижды негативному РМЖ. Этот подтип назван так из-за отсутствия в клетках опухоли экспрессии сразу трёх генов — HER2, рецепторов эстрогенов и прогестерона, поэтому и лечение, основанное на взаимодействии лекарств с этими рецепторами, невозможно.

Ген BRCA2 также вовлечен в процессы репарации ДНК и поддержание стабильности генома, — отчасти вместе с комплексом BRCA1, отчасти через взаимодействие с другими молекулами (например, белком RAD51). «Отличительными чертами мутаций BRCA2 являются более частое возникновение рака молочной железы у мужчин и больший риск развития молочно-яичникового синдрома», — пишут Е.М. Бит-Сава и М.Б. Белогурова в обзорной статье по наследственному раку молочной железы [13].

Наиболее распространены мутации в BRCA1/2 у евреев Ашкенази. Мутации, характерные для определенных сообществ и географических групп, описаны также и для жителей нашей страны. Так, в России мутации BRCA1 представлены в основном пятью вариациями, 80% из которых — 5382insC. Мутации генов BRCA1 и BRCA2 приводят к хромосомной нестабильности и злокачественной трансформации клеток молочной железы, яичников и других органов. Кумулятивный риск рака молочной железы и яичников у всех женщин с мутацией BRCA1/BRCA2 на протяжении всей жизни оценивается как минимум в (средний суммарный риск — 65% для BRCA1 и 45% для BRCA2). Однако, обращают внимание ученые, едва ли не большинство случаев семейного РМЖ и рака яичников невозможно объяснить уже изученными мутациями, поэтому биологи изучают возможные вариации в других генах, контролирующих клеточный цикл.

Один из наиболее известных генов, на активность которого влияют белки BRCA1, — это специфический регулятор транскрипции TP53 (tumor protein 53 из 17p13.1). Им кодируется «страж генома» — белок p53, не дающий сосудам прорастать в «горячую точку» — опухоль — и участвующий в процессах апоптоза и репарации ДНК. Количество различных мутаций оценивается примерно в полторы тысячи; влияние этого гена на развитие РМЖ отмечено в случаев. Например, мутации в этом гене вызывают синдром Ли-Фраумени — довольно редкое заболевание с высокой ранней смертностью, характеризующееся возникновением множественных опухолей.

PTEN (phosphatase and tensin homologue) кодирует фермент, среди субстратов которого — фосфатидилинозитол-3-фосфаты, важнейшие передатчики сигнала по пути PI3K/AKT/mTOR, который вовлечён в развитие опухоли. После «общения» с ферментом белки теряют свою активность (за счет чего и осуществляется антиопухолевое действие), поэтому PTEN называют негативным регулятором этого сигнального пути. При появлении в гене мутаций риск развития новообразований повышается — например, риск РМЖ увеличивается на 4%. И именно этому гену приписывают «заслугу» в развитии болезни Коудена (синдром множественных доброкачественных узловых образований — гамартом).

CDH1 кодирует Е-кадгерин — молекулу, обеспечивающую межклеточную адгезию, т.е. скрепление клеток между собой. Ученые используют Е-кадгерин и эстрогеновый рецептор (ER, рецептор основной группы «женских» гормонов) в клинической практике как первичные маркеры одного из типов РМЖ — люминального эпителиального рака. У женщин с мутацией в CDH1 риск развития РМЖ повышен на а пониженная экспрессия Е-кадгерина связана с большим количеством метастазов и худшим прогнозом. Это в общем-то предсказуемо — чем хуже соединены клетки друг с другом, тем легче они распространяются по организму. Зародышевые мутации CDH1 также связывают с развитием диффузной желудочной карциномы и раком прямой кишки.

К активно изучаемым генам с высокой пенетрантностью относятся и STK11/LKB1 (он кодирует белок, который участвует в регуляции клеточного цикла, поддержании полярности клеток — что особенно важно при метастазировании — и может менять активность других белков), PALB2 (образует мостик-связку между белками BRCA1 и BRCA2, и, соответственно, помогает синхронизировать их работу при репарации ДНК), комплекс MRE11A/RAD50/NBN (благодаря им, клетка «узнает» о разрывах хромосом и активирует в ответ на это «спасательную бригаду» других белков).

Большинство умеренно- и низкопенетрантных генов напрямую взаимодействует с BRCA1 (например, BARD1, ABRAXAS, BRIP1, BABAM1), следовательно, их поломки мешают ему нормально выполнять свою работу.

Ген CHEK2 кодирует белок под названием «чекпоинт-киназа 2», который может взаимодействовать с p53 и BRCA1. CHEK2 не дает клетке делиться дальше, если ее геном поврежден, — клеточный цикл останавливается на стадии G1.

Белок, кодируемый геном ATM, выполняет множество функций, связанных с ответом на повреждение и с репарацией ДНК, в том числе в сигнальных путях, включающих TP53, BRCA1 и CHEK2.

RAD51 и его паралоги (т.е. гены, появившиеся в результате дупликаций RAD51 внутри генома) — это ключевые медиаторы гомологической рекомбинации. Самые важные с «онкологической» точки зрения — это RAD51C и RAD51D, которые взаимодействуют с BRCA2.

Рисунок 3. Белковый комплекс репарации ДНК. На заключительном этапе — гомологической рекомбинации — требуются Rad51 и RAD51C и их взаимодействие с BRCA1 и BRCA2. RAD51C также активирует CHEK2. Окраска белков соотносится в мутациями в соответствующих генах, отвечающих за развитие заболевания: анемия Фанкони (красный), детские солидные опухоли (зеленый), РМЖ (темно-синий), рак яичников (светло-голубой). Ub — убиквитин [11, 12].

Поскольку до 90% смертей от рака вызваны не первичной опухолью, а ее метастазами, то наиболее интересная тема научной дискуссии — это изучение активности генов в метастазах. Пока корреляция между наследственными факторами, агрессивностью опухоли и ее способностью к метастазированию не подтверждена: исследований конкретно этой связи практически нет, но это не значит, что связь отсутствует. К примеру, в некоторых работах установлено, что риск метастазирования увеличивается при наличии, например, полиморфизмов в генах Rrp1b и SIPA1, а также и гомо- или гетерозиготности по ним [15].

Остаются невыясненными многие факторы, приводящие к «расселению» рака, и связанные с ними сигнальные каскады. Сейчас существуют несколько теоретических моделей — например, модель Ноувелла (Nowell) и модель Вейсса (Weiss); также изучается роль стволовых клеток. Кажется невероятным, но, всего лишь посмотрев на геном опухолевой клетки, возможно предсказать ее склонность к метастазированию и локализацию будущих метастазов. К примеру, если раковые клетки гиперэкспрессируют один набор генов (CXCR4, PLHLP, IL11, MMP1 и OPN), то они обладают способностью образовывать метастазы в костной ткани, если другой (COX, EREG, ANGPTL4) — то в легких, а если третий (ST6GALNAC5, COX2, HBEGF, ANGPTL4) — то в нервной системе [16]. Если не знать результатов изучения генной экспрессии, то можно подумать, что ученые изобрели магический шар с провидческой функцией.

Изучение метастатических ниш в будущем может указать не только на орган, но и на месторасположение будущего метастаза в этом органе, уверены исследователи.

«. Ка-кой там дурак любит за характер. . Кому нужна одногрудая?! . Да как же я на пляж пойду?!» — так А. Солженицын в романе «Раковый корпус» описывает переживания Аси, у которой врачи обнаружили рак груди. Действительно, несмотря на возможности современной реконструктивной хирургии, утрату женственности, связанную с мастэктомией, врачи и сейчас относят едва ли не к основным психологическим проблемам пациентки. Здоровые женщины, у которых нашли наследственные мутации, находятся под дамокловым мечом психологического и эмоционального стресса — поддержка необходима не только им, но и их родственникам. «Я не хочу делать ничего кардинального с моим телом», «Я хочу завести детей, двух или трех подряд, и потом удалю это все к черту», «Вы чувствуете себя так, будто только что диагностирован рак, хотя этого и не было», — вот как комментируют женщины результаты генетического тестирования.

Превентивный подход предусматривает несколько альтернатив [18]:

  1. самостоятельное обнаружение уже появившегося рака на ранней стадии (регулярные маммографические и МРТ обследования, самообследование груди на предмет опухоли);
  2. двухсторонняя радикальная мастэктомия;
  3. профилактическая овариэктомия / сальпинго-овариэктомия — удаление яичников/яичников и матки;
  4. химиопрофилактика (пока что все еще находится в процессе разработки и изучения).

Значимо выигрывают, к сожалению, только те, кто прошел через удаление и молочных желез, и яичников. Ученые считают, что если психологический гнет для женщины слишком силен, у нее уже есть дети и ее не устраивает длительный прием препаратов, то радикальные операции могут быть оптимальным решением — ведь после них пациентка может вести более-менее нормальную жизнь.

Например, профилактическая сальпинго-овариэктомия в зависимости от возраста пациентки может снизить вероятность возникновения рака от 60% до 90%: на рака яичников и фаллопиевых труб и примерно на 50% — риск РМЖ, если ее провели до менопаузы [20]. Однако принимая во внимание предпочтения и качество жизни женщин, удаление яичников рекомендуют делать лишь после 40 лет, и если угроза жизни действительно высока.

National Cancer Institute советует лекарственную терапию женщинам с «промежуточными» рисками; все еще не критические, но высокие по сравнению с общей популяцией. Правда, для пациенток именно с мутациями в генах BRCA1/2 достоверных данных на этот счет еще не получено [21].

Список генов, связанных с развитием опухоли и метастазированием, значительно расширен. Найдены новые взаимодействия белков, уточнены сигнальные пути и механизмы защиты нормального функционирования ДНК, внесены свежие данные по возникновению ракового перерождения. Новые технологии секвенирования помогут сделать еще не одно открытие и создать новые пути применение генетики для продления и спасения жизней.

«Ищите информацию и медицинских экспертов», — именно так закончила свое публичное выступление Джоли, которая сейчас, по заявлениям в прессе, готовится к овариэктомии. — «В жизни много препятствий. Но нас не должны пугать те, в которых мы можем что-то контролировать».

Не все оценивают действия Джоли позитивно: есть мнение, что в ее случае мастэктомия и публичные выступления — это пиар. Не давая оценку действиям Джоли, ученые и врачи констатируют: уровень знаний о наследственном РМЖ необходимо поднимать, а хороший шанс сделать это не был использован должным образом. «Из 2500 американцев более 75% знают об истории Джоли», — пишут исследователи в Genetics in Medicine [22]. — «Но менее 10% опрошенных могут ответить на вопросы о наследственном РМЖ и генетических рисках».

источник