Меню Рубрики

Рак молочной железы операция через дней химиотерапию

Как правильно подобрать схему химиотерапии при онкологии молочной железы? Где лучше проводить химиотерапию — в России или за рубежом? Каков порядок прохождения лечения в Европейской клинике?

Химиотерапевтическое лечение рака молочной железы — один из методов комплексного лечения. Его суть состоит в назначении пациентам цитостатических препаратов, тормозящих развитие опухоли и разрушающих опухолевые клетки в молочной железе. Химиотерапия при раке молочной железы может использоваться как самостоятельный метод, а также как перед хирургической операцией, так и после операции. В этих случаях химиотерапия преследует различные цели.

При использовании химиотерапии в ходе подготовки к хирургическому лечению рака молочной железы цитостатические препараты способствуют уменьшению опухоли, что позволяет максимально сохранить здоровые ткани молочной железы. Послеоперационная химиотерапия помогает остановить метастазирование и предотвратить рецидив заболевания.

Протоколы химиотерапии при различных вариантах течения рака молочной железы разработаны и утверждены в качестве стандартов ведущими научными онкологическими сообществами — NCCN, ESMO, ASCO.

Молекулярный анализ опухоли молочной железы — новый этап в современном лечении особо агрессивных опухолей. Мы предоставляем возможность проведения анализа опухоли на чувствительность к препаратам химиотерапии. На основании отчета о проведенном исследовании мы получаем очень эффективный план борьбы с опухолью, дающий максимально благоприятный шанс на выздоровление.

Химиотерапия рака молочной железы в Европейской клинике выполняется с использованием различных схем лекарственной терапии, в том числе рекомендованных пациентам во время их консультаций или первичного лечения в странах Западной Европы, преимущественно Германии, Швейцарии и Италии, а также Израиля.

Рак молочной железы чувствителен ко многим препаратам: герцептин, авастин, метотрексат, адрибластин, 5-фторурацил, циклофосфан, доцетаксел, паклитаксел, кселода и ряд других. В соответствии с протоколами, нами используются следующие схемы лечения рака молочной железы: CMF (Циклофосфан, Метотрексат, Фторурацил), FAC (Фторурацил, Адриабластин, Циклофосфан), CAF (Циклофосфан, Адриабластин, Фторурацил), а также схемы с таксанами (Доцетаксел, Паклитаксел).

Химиотерапия имеет целью убийство клеток злокачественной опухоли не только груди, но и любого другого органа. Конечный результат лекарственного воздействия — запрограммированная клеточная смерть или апоптоз, достигается он несколькими способами и при разной исходной чувствительности опухоли к лекарству. В большинстве случаев рак молочной железы весьма чувствителен к большинству специальных лекарств — цитостатиков. В клинической практике используется несколько групп лекарственных препаратов, потому что каждый цитостатик своим путем приводит раковую клетку к смерти.

Представители группы антиметаболитов нарушают нормальную клеточную жизнь, подменяя участвующие в биохимических реакциях естественные вещества их синтетическим подобием. В схемах химиотерапии при раке молочной железы используются антиметаболиты метотрексат и фторурацил. Часто употребляемые при онкологии груди алкилирующие цитостатики портят ДНК, образуя поперечные сшивки между её цепочками. В большинство схем ХТ вводят один из самых старых препаратов циклофосфан.

Противоопухолевые антибиотики не лечат воспаление, как и алкилирующие, они манипулируют с клеточной ДНК, но несколько по-другому повреждая её. Один самых результативных при раке молочной железы препаратов — доксорубицин пациентки часто называют «красной химиотерапией». Ещё один представитель «красных» — противоопухолевый антибиотик эпирубицин, меньше повреждающий сердечную мышцу, входит во множество комбинаций. Когда-то выделенные из растений, а теперь химически синтезируемые, растительные алкалоиды мешают сборке клеточных структур, что вынуждает к включению механизма апоптоза. Сегодня паклитаксел, доцетаксел и винорельбин считаются лидерами противоракового воздействия.

В некоторых клинических ситуациях для повышения эффективности химиопрепараты сочетают с таргетными средствами, например, с герцептином или бевацизумабом. Но вместе с гормональными препаратами не используют, так как результат лечения ухудшается. Схема ХТ составляется из лекарств разнонаправленного механизма из нескольких групп, но стараются не комбинировать цитостатики с одинаковым побочным действием. В последнее время редко одновременно применяется более одного двух лекарств, потому что эффективность, в отличие от токсичности, не увеличивается.

Предлагаем ознакомиться с нашим материалом, рассказывающим о влиянии химиотерапии на беременность

Ключевых факторов в успехе химиотерапии рака молочной железы два. Во-первых, максимально раннее выявление патологических изменений, поскольку упустить время при раке молочной железы из-за его быстрого прогрессирования очень легко. Во-вторых, обязательное проведение тестов на чувствительность опухоли к гормональным препаратам (наличие рецепторов к эстрогенам и прогестерону), включая FISH-тест.

Правильно подобранная схема химиотерапии позволяет в большинстве случаев существенно улучшить качество жизни даже в запущенных ситуациях, и у многих пациентов продлить жизнь, а при сочетании с хирургическим лечением и лучевой терапией даже добиться длительного излечения рака молочной железы.

Злокачественные новообразования разного строения по-разному реагируют на лекарства, рак груди довольно чувствителен к цитостатикам, а саркома неважно реагирует на химиотерапию. В клинических исследованиях нашли достоверные критерии ответа злокачественной опухоли на цитостатическую терапию. Главные показатели чувствительности к ХТ — уровень гормональных рецепторов в опухоли и наличие гена HER2, манифестирующего устойчивость к лекарствам. А размер новообразования не указывает на чувствительность рака к лекарствам, правда, при большой опухоли курсов сделают больше.

Рак одной морфологической структуры имеет ещё и индивидуальные характеристики, которые не научились распознавать, но зато можно определить чувствительность клеток рака к конкретному лекарственному препарату. Генетическое картирование опухоли позволит избежать бесполезной для женщины ХТ.

Европейская клиника использует общепринятый в Европе формат химиотерапевтического лечения при раке молочной железы. Это лечение в условиях дневного стационара, когда пациентка может приехать в клинику на 2-3 часа перед работой или в конце рабочего дня и пройти сеанс химиотерапии. Эта процедура проводится в большом зале химиотерапии или в специальной одноместной палате под наблюдением дежурного врача реаниматолога и специально обученной медицинской сестры.

Если лечение не осложняется отсроченной рвотой, развивающейся после окончания действия введённых перед ХТ противорвотных средств, то амбулаторное лечение разумно. Обычно отсроченная рвота начинается поздним вечером, и в этой ситуации не способны помочь родственники, не владеющие методикой внутривенных инъекций, а приём таблеток физически невозможен. После первого эпизода мучений женщина начинает бояться лечения, что приводит к развитию психогенной рвотной реакции, когда от одной мысли в любое время начинается тошнота. Кратковременная госпитализация, буквально на сутки двое, позволит вводить противорвотные профилактически — до появления неприятных симптомов, а капельные вливания специальных растворов и индивидуальная нутритивная поддержка уменьшат негативные реакции на цитостатики.

При использовании ряда схем может потребоваться суточная госпитализация или контролируемое введение препарата в течение 46 часов. В этом случае мы предлагаем размещение в условиях комфортабельного стационара в одно- и двухместных палатах.

В палатах имеются электрические функциональные кровати с противопролежневыми матрацами, установлены телевизоры со спутниковым телевидением и DVD, имеются все необходимые индивидуальные санитарные удобства. Во всех палатах установлены палатная сигнализация с кнопками вызова дежурной медицинской сестры у кровати пациента и в санузле. В палаты подается специально очищенный с помощью антибактериальных фильтров воздух.

В клинике имеется собственная библиотека и фильмотека. Пациенты обеспечиваются 3-х-5-ти разовым индивидуальным питанием. Все это в сочетании с профессионализмом врачей и и круглосуточным медицинским сестринским уходом способствуют комфорту и спокойствию пациентов.

Сама процедура введения химиотерапевтических препаратов может проводиться как с использованием классических систем для переливания, так и с применением электронных дозаторов — инфузоматов и перфузоров. Они позволяют максимально точно контролировать скорость и продолжительность введения препаратов химиотерапии.

Индивидуальный подбор схемы лечения проводится врачом онкологом химиотерапевтом на основании результатов комплексного обследования. При наличии медицинских показаний к проведению нескольких курсов химиотерапии, мы настоятельно рекомендуем пациенткам постановку специальных систем для введения химиопрепаратов, так называемых портов.

В Европейской клинике качество препаратов, их дозировка, последовательность введения, строго соответствует Европейским протоколам химиотерапии. В протоколы лечения включены только оригинальные лекарственные препараты производства ведущих западных фармацевтических компаний. Так называемые дженерики в нашей практике практически не используются.

В нашей клинике проводится комплексное химиотерапевтическое лечение под контролем параметров гомеостаза и показателей крови, что позволяет точно контролировать продолжительность и скорость введения препарата, а также общую длительность и число курсов лечения. При необходимости мы проводим переливание крови соответствующей группы и препаратов крови – плазмы, тромбоконцентрата и других

Принципиально выделяют 2 вида химиотерапии рака молочной железы — адъювантную (и неоадъювантную) при оперативных вмешательствах и лечебную химиотерапию при генерализованных формах. Кроме того, часто используется термин «индукционная химиотерапия».

Химиотерапия может назначаться до операции – неоадъювантная химиотерапия. Химиотерапия после удаления молочной железы или её части по поводу рака называется адъювантной, синоним вспомогательная (дополнительная или профилактическая химиотерапия) проводится при операбельном раке молочной железы.

Весомым преимуществом неоадъювантной химиотерапии является уменьшением размеров удаляемого злокачественного образования и формирование четкой границы опухолевой и здоровой ткани за счет частичной гибели опухолевых клеток на фоне химиотерапии. Кроме того, целью неоадъювантной химиотерапии является уничтожение микро метастазов, что в большинстве случаев улучшает условия операбельности опухоли и увеличивает выживаемость пациенток. Одним из преимуществ неоадъювантной химиотерапии является возможность на основе реакции опухоли (её уменьшения в размерах) распознать, правильно ли выбран применяемый для данной опухоли курс химиотерапии.

Недостатком неоадъювантной химиотерапии является затягивание оперативного вмешательства, трудности при определении гистологического типа опухоли, сложности при определении рецепторов к эстрогенам и прогестерону после проведения нескольких курсов химиотерапии.

Стандарты предписывают обязательную химиотерапию при раке молочной железы после операции или длительное гормональное воздействие, избежать этого можно только при благоприятном варианте крошечного рака. Этот вид ХТ называется адъювантной или профилактической, он направлен на уничтожение микроскопических очагов рака в зоне операции и циркулирующих в крови и лимфе злокачественных клеток. Клинические исследования показали, что после такого лекарственного воздействия вероятность развития метастазов ниже, а продолжительность жизни выше.

Лечебная химиотерапия проводится в случае генерализованного рака молочной железы (при наличии отдаленных метастазов, выраженного местного распространения). Целью этого вида химиотерапии является уменьшение размеров метастатических опухолей и повышения качества жизни и увеличение продолжительности предстоящей жизни.

Индукционная химиотерапия проводится при местно-распространенном раке молочной железы, который не является операбельным из-за больших размеров образования и отсутствия четкой границы со здоровыми тканями. Цель индукционной химиотерапии — уменьшение опухоли до размеров, когда можно будет выполнить оперативное вмешательство.

«Красная» химиотерапия получила свое название из-за того, что растворы химиопрепаратов, которые применяются в данном случае (доксорубицин, эпирубицин), имеют красный цвет. Этот вид лечения отличается наиболее выраженными побочными, токсичными эффектами. Еще химиотерапия бывает «желтой», «голубой» и «белой».

Один из примеров «красной» химиотерапии — это химиотерапия при РМЖ по схеме AC. Аббревиатура образована первыми буквами названий двух препаратов:

  1. Доксорубицин (Адриамицин — Adriamycin).
  2. Цитоксан (Циклофосфамид — Cyclophosphamide).

Такая схема химиотерапии применяется при раке молочной железы 2 и 3 стадии, когда опухолевые клетки распространились на лимфатические узлы.

Отзывы о химиотерапии по схеме AC от женщин в Интернете рассказывают о таких побочных эффектах, как тошнота и рвота, снижение количества клеток крови, выпадение волос, анорексия, бесплодие. В Европейской клинике курсы химиотерапии проводятся под прикрытием поддерживающей терапии, что позволяет перенести лечение максимально комфортно.

Ниже представлены некоторые отзывы о химиотерапии при раке молочной железы от пациенток Европейской клиники:

У моей бабушки в своё время был рак молочной железы. Поэтому я можно сказать была готова к этому диагнозу. Но всё равно очень страшно и я не ожидала что так рано. Так как я регулярно проверялась, опухоль обнаружили на начальной стадии. Ещё без метастазов. Так как размер был очень небольшой, сразу прооперировали, а потом начали химиотерапию. Сейчас курс закончился. Чувствую себя хорошо, окружающие говорят, что и выгляжу не хуже чем до операции) Спасибо за моё здоровье. Думаю, что скоро пациентам не понадобится никаких «чудесных» новых лекарств. Достаточно и того что есть. Просто надо делать всё ВОВРЕМЯ и ПРАВИЛЬНО. Как в этой клинике.

Эти два метода нельзя сравнивать по эффективности, поскольку оба имеют вполне определенные показания и определенные результаты, зависящие от особенностей опухолей и возраста больных. В случае чувствительности опухоли к химиотерапии эффективность будет такой же, как при чувствительности опухоли к гормонотерапии. Нередко бывают ситуации, когда химиотерапия неэффективна, но эффективна гормонотерапия и наоборот. Очевидным преимуществом химиотерапии является быстрый эффект. После 1-2 курсов можно узнать о результате лечения. Очевидным недостатком химиотерапии являют побочные эффекты — поражение крови, выпадение волос, тошнота и рвота и ряд других, которые отсутствуют при гормональной терапии рака молочной железы.

Степень чувствительности к гормональному воздействию предсказывают по количеству рецепторов эстрогенов и прогестерона в цитоплазме раковой клетки, чем их больше, тем выше вероятность ответа на антигормоны. Чувствительность рака к химиотерапии предсказывается по наличию специфического гена HER-2. Обнаружение его говорит, что опухоль может не реагировать на присутствие лекарства-убийцы, сегодня для его подавления используются таргетные препараты герцептин и пертузумаб. Опухоль может реагировать и на цитостатики, и на гормоны, тогда гормональное воздействие начинается после завершения циклов ХТ и продолжается многие годы.

Предлагаем ознакомиться с информационными материалами для пациентов, проходящих химиотерапию в Европейской клинике. Читайте о том, как справиться с последствиями и побочными эффектами химиотерапии

Часто пациенток пугает необходимость получения химиотерапии, поскольку она может сопровождаться побочными явлениями: тошнотой, рвотой, развитием лейкопении (уменьшение числа лейкоцитов в крови), тромбоцитопении (уменьшения числа тромбоцитов в крови), снижения уровня гемоглобина, алопецией (выпадением волос). Однако следует понимать, что на одной чаше весов находится выздоровление, а на другой — возможные побочные эффекты, которые являются хоть и неприятными, но временными.

Химиотерапия «славится» большим числом неприятных реакций, потому что цитостатики не отличают раковую клетку от нормальной. Выносливость тканей организма определяется численностью в ней делящихся клеток, поэтому быстрорастущие клетки крови, половых желёз, волосяных фолликулов, слизистых оболочек погибают вместе с раковыми, но в значительно меньшем количестве. Массовая клеточная гибель и токсическое действие метаболитов химиопрепаратов — это и есть осложнения, приносящие физические страдания.

Читайте также:  Где лучше лечение рака груди в россии

Некоторые группы препаратов имеют избирательное действие на определённые ткани: какие-то убивают преимущественно форменные элементы крови, какие-то — почечных канальцев, какие-то — нервные волокна, какие-то — слизистые. Для каждого цитостатика определен список возможных осложнений, но индивидуальны их интенсивность и спектр. Иногда тяжелые осложнения ставят вопрос о снижении дозы препарата, что может ухудшить общий результат лечения.

В Европейской клинике в протоколы химиотерапии обязательно включены противорвотные препараты, которые уменьшают выраженность побочных эффектов и позволяют практически не менять привычного рациона питания и образа жизни. Клиника имеет лицензию на переливание препаратов крови и кровекомпонентов, что позволяет компенсировать предшествующие или развивающиеся на фоне химиотерапии изменения в крови.

При проведении химиотерапии в случае запущенных состояний, требующих также массивного обезболивания, мы применяем международно-признанную трехступенчатую систему, включающую применение ненаркотических и наркотических обезболивающих средств.

Собственно лучевая терапия при раке молочной железы в Европейской клинике не проводится. При наличии необходимости в таком вмешательстве мы направляем пациента в дружественное лечебное учреждение. Суть эффективности лучевой терапии при раке молочной железы заключается в подавлении опухоли или зон возможного метастазирования, как правило, с помощью линейных ускорителей. Убивая опухолевые клетки или снижая их жизнеспособность, лучевая терапия создает более благоприятные условия для оперативного вмешательства, значительно повышает его надежность и радикализм.

В настоящее время лучевая терапия при раке молочных желез проводится в основном в послеоперационном периоде. Такое вмешательство показано у больных раком молочной железы с повышенным риском местного рецидива заболевания.

Мы также рекомендуем проведение лучевой терапии, подвергать органосохраняющим операциям, с целью снижения угрозы местного рецидива рака молочной железы в оставшейся части молочной железы на 50-60%. Проведение лучевой терапии на современных линейных ускорителях, как правило, не сопровождается осложнениями или побочными явлениями, требующими приостановки или прекращения лечения.

— Проводится ли в Европейской клинике восстановление молочной железы после ее полного удаления при лечении рака молочной железы?

Решение вопроса о реконструктивной операции после мастэктомии принимается совместно оперирующим хирургом и пациенткой до первичного хирургического лечения. Примерно половина женщин моложе 50 лет, которые планируют мастэктомию, решаются также на проведение реконструктивной операции, позволяющей с помощью собственных тканей или эндопротеза восстановить молочную железу. Большая часть пациенток старше 55 лет предпочитает в чашечке бюстгальтера носить протез молочной железы.

Тщательная забота об организме и уход за ним, чрезвычайно важны перед, во время и после противоопухолевого лечения. Сюда относится правильное питание и максимально активный образ жизни. Для сохранения нормального веса необходимо получать достаточное количество калорий. Кроме этого, для поддержания сил важно получать достаточно белка. Иногда, особенно во время и вскоре после окончания лечения, аппетит пропадает. Вы можете чувствовать себя неуютно или уставшей. Вам может казаться, что изменился вкус привычных блюд и продуктов. Кроме этого, хорошему питанию противодействуют побочные эффекты лечения (снижение аппетита, тошнота, рвота, язвочки в ротовой полости). С другой стороны, некоторые женщины, которые проходят лечение рака молочной железы, с трудом справляются с избыточным весом.

Для удовлетворения ваших потребностей в питании спросите совета у лечащего врача. В случае необходимости мы приглашаем врача диетолога, имеющего опыт работы с онкологическими пациентами.

После завершения лечения рака молочной железы рекомендуется регулярно проходить профилактические осмотры. Осмотры выявят любые изменения со стороны здоровья. Если между регулярными консультациями появились какие-то отклонения в состоянии здоровья, незамедлительно свяжитесь с лечащим врачом. Врач должен провести проверку на предмет рецидива рака и метастазов во внутренние органы. Кроме этого, профилактические осмотры позволяют выявить нарушения, вызванные противоопухолевым лечением.

О любых изменениях в зоне операции или в другой молочной железе следует немедленно сообщать врачу. Расскажите доктору о любых отклонениях, таких как боль, снижение аппетита или веса, изменения менструального цикла, необычные выделения из влагалища или нечеткость зрения. Кроме этого, поговорите с врачом, если у вас возникают головные боли, головокружение, одышка, кашель или охриплость голоса, боли в спине или нарушения пищеварения, которые кажутся вам необычными или не проходят со временем. Подобные нарушения могут появиться спустя месяцы, и даже годы после лечения. Профилактический осмотр обычно включает клиническое обследование шеи, подмышечных областей, грудной клетки и молочных желез.

Так как возможно появление новой опухоли, следует регулярно проходить маммографию. Лечащий врач также может назначить другое инструментальное обследование или анализы (УЗИ послеоперационного рубца, УЗИ брюшной полости и малого таза, рентгенографическое обследование органов грудной клетки, сцинтиграфию, анализы крови), а при реконструкции молочной железы и МРТ (магнитно резонансная томография).

Рак молочной железы — общая информация для пациентов о заболевании.

Рак молочной железы 4 стадии — информация о поздних стадиях рака молочной железы.

Лечение рака молочной железы — общая информация о возможностях его лечения.

Реконструкция груди после операции — онкопластическая хирургия. Фотографии результатов пластических операций пациенток с РМЖ.

Таргетная терапия опухолей — таргетное лечение рака молочной железы.

источник

Химиотерапия после операции для профилактики назначается не сразу. Для восстановления организма назначается программа послеоперационной реабилитации, в которую входят устранение тошноты и рвоты, восстановление волос, функции печение и почек, кровотворение костного мозга, очищение от токсинов и др. Химиотерапия после операции назначается обычно через месяц (чем быстрее тем лучше) в несколько курсов для уничтожения оставшихся единичных раковых клеток, с целью предупреждения рецидивов и для профилактики. С каждым курсом его продолжительность увеличивается. В это время желательно пить побольше воды (1,5 литров в день) или отвар овса, чтобы токины быстрее вышли из организма.

Некоторые больные через две недели даже выходят на работу. Если вы стесняетесь себя после выпадения волос (волосы выпадают дней через 10-14, выпадают практически все, одномоментно), то заранее купите себе парик (лучше из искусственных волос, натуральные дорогие, да и летом в них очень жарко) и знайте, что свои волосы снова вырастут и станут еще гуще.

Во время химиотерапии очень сохнет кожа, цвет лица становится землистым. Для питания кожи надо пользоваться детским кремом с добавления масла.

К концу химиотерапии после операции вены сужаются, поэтому часто возникают проблемы с капельницей. Синяки можно скрывать бодягой. После капельницы надо наблюдать за своим состоянием. Если возникает аллергия, ноют суставы, нарушения слизистых оболочек(например, стоматит), температура, отсутствие мочи или ее слишком малое кол-во, понос — надо обращаться к врачам.

После химиотерапии падает уровень лейкоцитов. Для их восстановления и повышения гемоглобина нужно пить красный кагор, пиво со сметаной и есть отварную скумбрию, гранат, грецкие орехи и морковный сок. Питание здоровое, диетическое: фрукты-овощи, сухофрукты, рыба, немного красного вида для поднятия гемоглобина. Печеный картофель — калий полезен для сердца и выведения воды из организма. Но не переусердствуйте. Если в первую неделю аппетит будет слабый, то уже на 2-3 неделю он сильно повышается и вес начинает расти. Поэтому нужно ограничивать себя в сладком, хотя это и будет тяжело сделать. но необходимо.

Когда врач предлагает провести химиотерапию после операции, чтобы уничтожить метастазы и оставшиеся раковые клетки, проконсультируйтесь по поводу печени. Очень часто после курсов химиотерапии поражаются здоровые клетки печени и может возникнуть цирроз печени. Чтобы его предотвратить, врач для профилактики должен назначить лечение печени гепатопротекторами и расторопшей.

Когда проводится химиотерапия после операции, то снижается иммунитет. В этот период старайтесь избегать мест скопления людей (особенно весной и осенью).

Химиотерапия при раке молочной железы заключается в лечении цитостатиками. Это препараты, имеющие противоопухолевые свойства. Попадая в кровеносное русло, такие препараты угнетают развитие всех раковых клеток, в том числе и раковые клетки груди. Поэтому химиотерапия является системным видом лечения онкологии.

По статистическим данным, около 80% выздоравливают от рака груди, но с условием, что химиотерапия была пройдена полностью, а лечение было начато на самых ранних стадиях.

Первые симптомы, при которых обязательна консультация врача:

    появление малейших уплотнений в груди или подмышечной впадине; появление из сосков выделений, особенно кровянистых; изменение формы груди, ее размера; отеки; болевые ощущения в груди, шелушение сосков, складки.

Могут быть и другие симптомы. Многие женщины приписывают изменения в груди менструальному циклу, потом вовсе не обращают на них внимания.

Это ошибка! И последствия такой ошибки могут быть плачевными. При малейших изменениях и болях нужна консультация специалиста. Схемы проведения обследования просты, и выявление заболевания на самой ранней стадии поможет полному излечению и избеганию дополнительных осложнений. Женщина, берегущая свое здоровье и следящая за ним, проходит осмотр у гинеколога каждые полгода. А самообследование нужно делать постоянно.

По международной классификации рак разделяется на 5 стадий, от 0 до 4 стадии. Чем выше стадия, тем сильнее поражение раком.

    Стадия 0 — не является инвазивным раком. Употребляется для описания патологических клеток, не распространяющихся на другие участки. Например, протоковая карцинома. Хотя раком не считается, если не лечить, перейдет в инвазивный рак; Стадия 1 — начало инвазивного рака. Диаметр опухоли не более 2 см. Процесс распространения в ближайшие ткани отсутствует. Прогноз лечения самый благоприятный; Стадия 2 — имеет несколько признаков, при которых новообразование может не превышать 2 см, а может быть увеличено до 5 см. Распространение в подмышечные узлы или присутствует, или еще нет; Стадия 3 – местнораспространенный рак. Имеет несколько признаков, которые отличаются размером опухоли; особенностью распространения на лимфатические узлы, возможно прорастание в грудную клетку; Стадия 4 — метастатический рак, при котором злокачественные образования проникают в любые другие органы, костную систему.

Выделяется несколько видов химиотерапии:

    Лечебная. Применяется при генерализованном раке, когда хирургическое вмешательство не проводится из-за невозможности радикального удаления. При этой схеме лечения достигается уменьшение новообразования и сопутствующих симптомов. Индукционная. Эта схема лечения проводится в основном перед хирургическим вмешательством для уменьшения размера опухоли. Адъювантная. Используется как вспомогательный вид терапии перед хирургическим вмешательством. Ее называют еще профилактической. Если назначается перед самой операцией, то называется неоадъювантной. При неоадъювантной стадии лечения возможно уточнение чувствительности раковых клеток к лечебным препаратам. Однако при этом хирургическое удаление затягивается, а это может быть опасно для больного.

Проведение происходит циклами. Каждый цикл — это тот срок, за который больной получает химические препараты. Длительность курса зависит от того, сколько именно необходимо получить организму химиопрепаратов. Химиотерапия при раке молочной железы проводится 4-7 курсов. Для выздоровления необходим полный курс процедур, а это не только противоопухолевые препараты, но и, часто, оперативные вмешательства. Все лечение определяет и назначает специалист-онколог.

У молодых женщин рак груди выражается наиболее агрессивными стадиями развития. Несерьезное отношение к своему здоровью имеет очень негативные последствия. Для этой категории химиотерапия есть главный компонент в лечении, особенно на ранней стадии, если болезнь выявлена своевременно.

Обязательная адъювантная химиотерапия при раке молочной железы, по медицинской статистике, доказана множеством исследований как наилучший фактор по результатам лечения. Итоги рандомизированных обследований, которые прошло больше 100 тысяч женщин после проведения им адъювантной терапии, доказали эффективность: увеличивается выживаемость онкологических больных на 7% (не имеющих метастаз в лимфоузлах), ежегодный летальный исход снижен до 26% .

Эта химиотерапия в основном является комбинированной, проводится примерно в течение 5 месяцев после хирургического вмешательства, а наиэффективнейшее начало ее — в самые ближайшие сроки перед непосредственным оперированием. Польза адъювантной терапии несомненна и у пациентов со значительным поражением количества лимфоузлов, и у тех, у кого они отсутствуют.

Неоадъювантная терапия помогает проделать последующую коррекцию адъювантной терапии. Исходя из начальных размеров опухоли, у 15-40% пациентов, проходивших это лечение, присутствует абсолютная клиническая регрессия, большие показатели общей выживаемости.

На сегодня в основе неоадъювантной терапии приняты антрациклинсодержащие схемы. Высокое применение находят таксаны, варианты цисплатина и кселоды. Проходят исследование другие новейшие комбинации химических препаратов.

Химиотерапия каждому назначается индивидуально, так как зависит от многих факторов: объема новообразования, экспрессивности онкогена, количества вовлеченности лимфатических узлов.

    Таксаны-агенты, воздействующие на микротрубочки (доцетаксел и паклитаксел). Антиметаболиты-препараты, проникающие внутрь раковых клеток и вызывающие их гибель. Новейший препарат — Гемцитабин. Алкилирующие средства — по своему действию схожи с радиоактивным действием. Под их контролем гены раковых клеток. Их представитель-препарат Циклофосфамид. Противораковые антибиотики — ингибируют митоз (деление) генов. Адриамицин-наиболее эффективный препарат этой группы. Иногда комбинируется с циклофосфамидом.

Курс химиотерапия необходим:

    для предотвращения повторного появления новообразования; для блокирования появления новых метастазов; избавления от возможно появившихся новых раковых клеток; во избежание рецидива в будущем.

Курс терапии подбирается исходя из состояния организма женщины и стадии рака.

Так как уничтожить нужно все виды раковых клеток и не допустить их приспособления к лекарствам, то специалист назначает такую комбинацию препаратов, которые и дополняют друг друга, и взаимно усиливают действие друг друга. Кроме этого, учитываются так же возможные побочные, чтобы пациент был в состоянии их перенести с наименьшими для него другими осложнениями. Так же противоопухолевые препараты выбираются в зависимости от стадии рака.

Проведение химиотерапии: женщина на консультации онколога получает всю исчерпывающую информацию, назначается время химиотерапии. Непосредственно перед проведением измеряется температура и АД, пульс. Значение имеет и вес тела женщины. Исходя из перечисленного корректируется доза лекарственных препаратов, ставится капельница. Это стандартная схема при химиотерапии.

На 1 и 2 стадиях рака молочной железы может быть предложено после терапии хирургическое лечение:

    операция, при которой орган сохраняется и дополнительно проводится лучевая терапия; мастоэктомия груди (удаление или всей груди, или частично пораженного участка).
Читайте также:  Лечение голодом рака молочной железы

После, при необходимости, назначается гормонотерапия, так как гормоны-эстрогены имеют важное влияние на течение болезни, и иммунотерапия, благодаря иммуномодуляторам, значительно укрепляется работа иммунной системы, ее защитные свойства.

Не применяется тем пациенткам, у которых форма рака является гормонально-зависимой. Молодым пациенткам редко, но назначается, а женщинам в возрасте химиотерапия эффекта не даст. Чаще проводится оперативное вмешательство с удалением яичников, лекарственные средства, снижающие эффект половых гормонов.

Химиотерапия, особенно на ранних стадиях, может помочь женщине полностью избавиться от рака молочных желез, потому перетерпеть побочные действия можно и необходимо. Зачастую они выражаются в:

    уменьшении тромбоцитов; снижении гемоглобина; выпадении волос (алопеция); нарушениях менструального цикла, вплоть до наступления менопаузы; утомляемости, слабости, сонливости.

Осложнения выражены частой тошнотой, рвотой, снижением работы иммунной системы. На фоне снижения иммунитета возможны инфекционные заболевания и повреждения внутренних органов и систем органов.

При раннем начале лечения рака молочной железы эффект лечения равен:

В любом случае, маммографию необходимо проходить регулярно. Выполнять постоянно все необходимые процедуры и обследования, рентген, УЗИ, МРТ.

Полное исцеление — это когда прогрессирующего новообразования вообще нет в течение 5 лет.

источник

Рак молочной железы — одно из лидирующих онкологических заболеваний. Несмотря на то, что медицина постоянно развивается, в России с лечением онкологии дела обстоят пока не очень хорошо: например, нет процедуры скринига на обязательном уровне, которая позволяет выявить рак на ранней стадии, когда еще нет внешних симптомов. Большинство людей обращаются к врачам, если испытывают сильные болевые ощущения: как правило, эта боль связана с большим размером опухоли и поздней стадией развития рака.

Несмотря на это, шанс вылечиться или получить поддерживающую терапию есть. Саша Сабанцева рассказала нам, как узнала о своем заболевании, кто помог ей выстроить правильное лечение и как изменилась ее жизнь после онкологии.

Мой молодой человек (уже муж) нащупал у меня достаточно большую шишку в груди. Я подумала — фигня какая-то. Наверное, нужно просто сходить проверить. Я пошла к платному доктору, который посмотрел результаты УЗИ и анализ пункции, и он не заметил признаков онкологии, хотя мне казалось, что врач он хороший. Сказал, что это доброкачественная опухоль и нужно сделать операцию. Этим он меня успокоил.

Я вообще человек-трус, и в итоге я прогуляла еще полгода. У меня к этому моменту заболели лимфоузлы в подмышечной впадине со стороны груди, где было уплотнение. Я собралась с духом, начала собирать анализы на операцию, чтобы мне удалили опухоль. Пришла уже к новому врачу, которая мне предложила сделать еще один анализ и УЗИ. Я со спокойной душой сдала анализы, врач сказала прийти через несколько дней, когда придут результаты.

Помню — мы идем с подругой в больницу за результатом анализов, и я пошутила — наверное, это рак. Мы посмеялись. К врачу я пришла с мыслями, что будет обычная операция, просто вырежут уплотнение и я пойду себе гулять спокойно.

Когда я зашла в кабинет, врач спросила, пришел ли кто-нибудь со мной. Так я узнала, что у меня нашли метастаз в лимфоузле. Я, естественно, немного опешила. В фильмах очень часто такое происходит, а в жизни это совершенно не так, тебя никто не готовит к этому. Я просто села и не могла говорить, и думала — что за бред, мне всего 22 года?

Усугублялась ситуация тем, что это был День рождения моей мамы, и она знала, что я должна была поехать за анализами и сильно переживала. А я до этого момента не переживала вообще.

С этого момента все и началось. Первый день я поплакала, а потом включилась моя мама. Она позвонила подруге, та посоветовала пойти к ее знакомому врачу, заведующему отделением в онкологическом центре. Мы пришли к нему, он отправил меня на биопсию. Надо отдать врачу должное, он продиагностировал меня по полной и за короткий срок. Наверное, в течение двух недель мне были сделаны две биопсии (это очень неприятная процедура), ПЭТ-КТ ( позитронно-эмиссионная томография — прим. ред.), МРТ. За 2 недели, пока мне делали диагностику, было подозрение на метастаз в позвоночнике, провели МРТ, но там оказалась лишь небольшая грыжа.

Из результатов стало ясно, что у меня инвазивная карцинома третьей стадии. Вообще выделяют 4 стадии, и у каждой есть своя подстадия — у меня была 3а. Было очень страшно, потому что четвертая стадия — финальная и неизлечимая. Я была на грани того, чтобы онкопроцесс перешел на другие органы, а это уже не лечится, существует только поддерживающая терапия, которая позволит жить дольше на какое-то время.

Затем меня принимал химиотерапевт — очень хороший, а в этой ситуации очень важно найти грамотного врача. Нужно, чтобы твой первый врач пропускал тебя по цепочке таких же талантливых врачей, как и он сам.

Химиотерапевт подтвердил, что третья стадия — это не очень хорошо, но я молодая, есть большой запас здоровья. Но все-таки лечение будет проходить по полной. В моем случае «по полной» означало 8 сеансов высокотоксичной химиотерапии — 4 курса одним препаратом и 4 курса другим.

Через 2 недели с постановки диагноза я уже была на первом курсе химиотерапии. Когда я пришла сдавать анализы перед первой химиотерапией (перед каждым курсом берут анализ крови и мочи), у меня появилось дикое желание просто взять и убежать оттуда. Я думала, что это все происходит не со мной. Мне было так страшно, что это какая-то ошибка, которая со мной случилась и я через эту ошибку должна пройти. В этот момент мне было страшнее всего в жизни.

Все стереотипы, который навязывают нам в фильмах про рак, делают свое дело — я была уверена, что после химиотерапии люди не могут встать, их постоянно рвет, но это не так. Сейчас много препаратов, которые затупляют рвотные рефлексы. После химиотерапии я чувствовала ощущение дикого похмелья: как будто ты всю ночь пьянствовал, пришел домой под утро, тебя чуть-чуть подташнивает и есть сильная слабость — вот это про химиотерапию.

На самом деле все оказалось не так страшно, как я изначально думала. Меня за всю химиотерапию ни разу не рвало, зато был гастрит. Но это состояние можно пережить. Сейчас я считаю, химиотерапию может пережить вообще любой человек, насколько бы «дрожным», как говорит моя мама, он не был.

Пятая химия была другая, побочные эффекты были другие. К этому моменту у меня выпали все волосы, включая брови и ресницы. На пятой химии начало сильно выкручивать суставы и болеть мышцы. Но последние 4 химиотерапии прошли морально намного лучше — я знала, что это скоро закончится.

Самое сложное в процессе лечения онкологии — это химиотерапия. Это долго, больно, неприятно, много побочных эффектов, я ходила со скоростью черепахи. Если начинала ходить быстрее, я задыхалась так, что думала — сейчас помру.

Большое заблуждение, что люди худеют при химиотерапии. У всех это происходит по-разному — я набрала 15 кг. Просто потому, что я себя очень жалела и пыталась всю свою обиду заедать. Кто-то от стрессов худеет, кто-то толстеет. Вот я ко второй группе отношусь. Когда была последняя химия, на меня надавила мама, и я начала худеть с диетологом. Так больше не могло продолжаться, я не могла на себя смотреть — толстая лысая женщина с серым цветом лица. Все это прошло через истерику, потому что мне трудно было просто взять и начать худеть. У меня есть сила воли, но ее нужно доставать откуда-то из недр.

После химиотерапии была операция. У меня было несколько вариантов ее проведения: полное удаление молочной железы, частичное удаление и удаление с постановкой импланта. Мы не знали, что выбрать, потому что мы ходили к нескольким хирургам и они предлагали разные варианты.

Моя опухоль была очень агрессивной. Перед тем, как ставят химиотерапию, делают анализ на скорость деления клеток: если они делятся быстро, это значит, рак может быстро распространиться по всему организму. Мои клетки делились очень быстро — возможно, поэтому у меня так быстро выросла опухоль.

Но плюс этой агрессивности в том, что такие опухоли хорошо поддаются лечению химиотерапией. После третьего курса у меня абсолютно исчезла опухоль размером с грецкий орех, исчез большой шар жидкости в лимфоузле.

Поэтому было принято решение сделать частичную мастэктомию и удалять все лимфоузлы. Сейчас я считаю, это было самое правильное решение, поскольку полное удаление молочной железы — это серьезный психологический стресс. В этом случае от груди ничего не остается, только длинный шрам от подмышки до грудины. Наверное, это очень тяжело.

Через месяц после операции у меня была лучевая терапия. По сравнению с химиотерапией — это вообще курорт. Ты просто приходишь 5 раз в неделю полежать несколько минут под аппаратом. Я переносила ее очень хорошо, не у всех так. Уже в это время можно начинать работать. Но на это время все равно дают больничный, потому что от лучевой падает иммунитет.

Во время химиотерапии вместе с потерей какой-то частички женственности, осознанием себя как женщины, ты теряешь волосы, ресницы, брови. Когда меня предупреждали о таких последствиях терапии, я думала, что со мной этого не случится. Хоть меня уверяли, что я должна быть готова к этому.

Через 2 недели после первой химиотерапии у меня начали выпадать волосы — я проводила рукой по волосам и буквально снимала их с себя. Мне это было даже обидно, потому что до этого я была уверена, что со мной такого не произойдет.

Я не пошла в парикмахерскую. Меня побрил мой муж Володя (тогда еще мы не были расписаны). Я ему вообще за все благодарна — он меня так поддерживал, пытался перевести все в шутку, сказал — когда ты еще согласишься на это? Мы с ним вместе купили мне парик.

К Володе и к маме у меня большое чувство благодарности, потому что они никогда не показывали, как устали. Да, мне было плохо, больно и обидно, но моей семье было намного хуже. Когда мы теряем кого-то, нам жалко не их, а самих себя, когда мы остаемся одни. Володе и маме было страшно меня потерять, потому что они ничего не могли сделать с моей болезнью. Они могли помочь мне морально, но не могли повлиять на окончательный вариант.

При постановке последней системы химиотерапии я была собой очень горда. Я думала, вот я молодец — 8 курсов химии, лысая, ногти все сошли, нет ни одного волоска на теле. Зато без волос я узнала, что мне идут короткие волосы.

Я развлекалась, как могла — купила себе розовый парик и гуляла в нем по городу. Я начала относиться ко всем последствиям болезни с юмором, потому что иначе, наверное, нельзя. Если начинаешь думать, что от этого умирают — твой организм может это принять и сказать — ну, раз люди умирают, значит и ты умрешь. Я никогда не думала о том, что могу от этого умереть. Никогда не рассматривала такую возможность.

Отсеялось огромное количество друзей. Я не могла выходить на улицу, потому что у меня был низкий иммунитет и я могла заразиться. А люди просто переставали звонить и писать. Наверное, им не нужен был человек, с кем не потусоваться, а чтобы его увидеть, к нему надо ехать, а этот человек еще и выглядит не очень приятно. Не знаю, с чем именно это было связано — но это расставило все на свои места.

Я общалась с другими онкобольными. Поначалу у меня было желание вообще ни с кем это не обсуждать. Все наши стереотипы о раке, порожденные необразованностью в этом вопросе, приводят к тому, что когда ты попадаешь в это комьюнити, ты ждешь, что все там страдают и говорят о смерти. Женское отделение в больнице, где я проходила лечение, было самым позитивным. Все точно также переосмысливают жизнь, пытаются уловить все хорошие моменты от происходящего, потому что они не знают, что будет завтра. Я ни с кем особенно не подружилась, но от других онкобольных всегда исходил позитив. Люди даже на последней стадии рака улыбались, обсуждали бытовые проблемы.

Из-за груди я не комплексую — просто поняла, что бывает и хуже. Когда я надеваю лифчик, даже без подклада, моя грудь выглядит более-менее симметричной. Если присмотреться, заметно, что одна немного больше, но меня это не пугает и не пугает мужа. Мы оба понимаем, главное — чтобы я была здорова.

Возможно, в будущем я сделаю пластическую операцию, если меня это будет беспокоить. Но сейчас мне не хочется ложиться под нож.

Прошел год с операции, отросли волосы. Онкология считается хроническим заболеванием, и с ней очень много ограничений даже во время ремиссии. Если ты приходишь в больницу, даже к стоматологу, и говоришь, что болела онкологией — могут отказать в услугах. То же самое и в аптеке, хотя можно практически все лекарства, кроме гормональных. Нельзя витамины, потому что они влияют на иммунитет. Нельзя ездить на море, менять климат, заниматься тяжелыми физическими нагрузками. У меня нельзя брать кровь из правой руки, потому что там нет лимфоузлов. Но я стараюсь жить полноценно, и особых ограничений я не чувствую.

Читайте также:  Как не получить рецидив рака молочной железы

С работой мне повезло, на время лечения удалось договориться, что они меня дождутся. Я понимала, что лечение затянется на 8-9 месяцев, на это время мне давали больничный несколько раз подряд. Мне было неудобно, потому что я с 18 лет работала и обеспечивала себя, а тут приходит 6-7 тысяч с больничного. К тому же, очень тяжело сидеть дома. Когда был последний сеанс лучевой терапии, я уже на следующий день вышла на работу.

Публикация от Шура Пална (@sasha_numph) 8 Июл 2017 в 9:26 PDT

Я считаю, что вся эта ситуация пошла мне на пользу. Раньше я была человек-депрессия, хлебом не корми — дай над чем-нибудь погрустить. А сейчас у меня желание жить. Оно такое сильное, что даже когда мне грустно, я гоню это от себя, потому что жизнь может закончиться в любой момент и нужно наслаждаться каждой секундой. Когда такое переживаешь, рождается много правильных мыслей. Сейчас мне хочется урвать все от того кайфового состояния, в котором я живу.

Я благодарна своей болезни, она помогла мне прийти в себя. До нее у меня был тяжелый период — я похоронила отца и с этого момента постоянно была в депрессии. Возможно, онкология появилась у меня из-за этого — я не знаю и никто не может знать. Но после всего этого я пришла в себя.

Когда мне рассказывают, что кто-то покончил жизнь самоубийством — я не понимаю этих людей. Я столько времени знала, что могу не выкарабкаться — и эта мысль дала мне мощное желание жить.

Онкология — не такая страшная болезнь, какой ее изображают. К ней нужно относиться, как к затянувшейся простуде — очень неприятной, но от которой можно вылечиться. Нужно настраивать себя жить и бороться.

источник

С.А. Тюляндин
Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина, Москва

Термин «неоадъювантная терапия» подразумевает проведение системной терапии перед началом локального лечения (операции или лучевой терапии по радикальной программе). По сути своей он объединяет два разных подхода. Первый, когда системная терапия проводится предоперационно у заведомо операбельных больных, которым после окончания химиотерапии будет в обязательном порядке выполнена операция. Этот подход в российской литературе получил название предоперационной химиотерапии. Целью предоперационной химиотерапии (ХТ) у заведомо операбельной больной является уменьшение размеров опухоли для выполнения органосохраняющего лечения и воздействие на первичный очаг и микрометастазы для улучшения прогноза заболевания. Второй подход, это проведение системной терапии у заведомо или условно неоперабельных больных с целью достижения регрессии опухоли для последующего успешного выполнения локального лечения. При этом возможность локального лечения будет определяться эффектом проведенной ХТ. Такая ХТ носит название индукционной. Таким образом, под термином «неоадъювантная ХТ» объединены предоперационная и индукционная ХТ, которые проводятся различным группам больных и преследуют различные цели (см. табл. 1). В своей работе мы рассмотрим проведение предоперационной ХТ у больных раком молочной железы (РМЖ).

Таблица 1.
Отличия предоперационной и индукционной ХТ.

Категория больных Операбельный РМЖ Местно-распространенный неоперабельный РМЖ Оперативное лечение Обязательный этап Возможный этап Цели
  • Уменьшение размеров опухоли для выполнения органосохраняющей операции
  • Достижение полной морфологической регрессии с целью улучшения прогноза
  • Воздействие на микрометастазы
  • Уменьшение размеров опухоли для проведения локорегиональной терапии (оперативное и/или лучевое лечение)
  • Воздействие на микрометастазы
  • Очевидно, что успешная предоперационная ХТ способна повысить частоту выполнения органосохраняющих операций у больных операбельным РМЖ. Однако неизвестно, способна ли предоперационная ХТ улучшить отдаленные результаты лечения.

    В литературе сообщены результаты нескольких рандомизированных исследований, посвященных изучению роли предоперационной ХТ [1]. В большинстве из них было показано, что проведение предоперационной ХТ не улучшает результаты лечения больных операбельным РМЖ по сравнению с адъювантной ХТ. В качестве иллюстрации в данной работе будут использованы данные наиболее представительного исследования NSABP B-18 [2]. В этом исследовании 1500 женщин с операбельным РМЖ получали 4 курса ХТ комбинацией АС (доксорубицин 60 мг/м2 и циклофосфан 600 мг/м2 каждые 3 недели) до или после проведенной операции. Исследование предполагало ответить на следующие вопросы:
    улучшает ли проведение предоперационной ХТ отдаленные (безрецидивная выживаемость и общая выживаемость) результаты лечения?
    как эффект от проведенной предоперационной ХТ коррелирует с отдаленными результатами лечения?
    способна ли предоперационная ХТ увеличить число больных, которым возможно выполнение органосохраняющей операции?

    В результате исследования были получены следующие ответы:
    1) эффективность преоперационной ХТ не уступает (но и не превосходит) результаты адъювантной ХТ. Показатели безрецидивной и общей выживаемости были одинаковыми для обеих групп (см. табл. 2).

    2) при проведении предоперационной ХТ полный эффект был зарегистрирован у 36% больных, частичный — у 43%, стабилизация — у 18% и прогрессирование — лишь у 3%. При морфологическом исследовании у 13% больных была подтверждена полная резорбция опухолевой ткани. Эффект от проведенной химиотерапии коррелировал с продолжительностью безрецидивного периода, но не оказывал существенного влияния на продолжительность жизни. Только больные с морфологически подтвержденной полной регрессией демонстрировали достоверно лучшие результаты как 5-летней безрецидивной, так и общей выживаемости;

    3) предоперационная химиотерапия позволила уменьшить стадию заболевания как за счет уменьшения размеров первичной опухоли (частота объективного эффекта первичной опухоли на химиотерапию составила 80%), так и подмышечных лимфоузлов (полная клиническая регрессия отмечена у 73% больных с ранее пальпируемыми узлами, из них у 32% — морфологически подтвержденная). Частота обнаружения метастазов в подмышечных лимфоузлах составила 41% в группе предоперационной ХТ и 57% в группе адъювантной ХТ. Все это позволило несколько повысить частоту выполнения органосохраняющих операций, которая составила 67% и 60% в группах предоперационной и адъювантной ХТ соответственно.

    Таблица 2.
    Отдаленные результаты протокола NSABP B-18 в зависимости от проведенного лечения и эффекта предоперационной ХТ [2,3].

    5-летняя безрецидивная выживаемость 5-летняя общая выживаемость
    Предоперационная ХТ 67,3% 80%
    Адъювантная ХТ 66,7% 79,6%
    Эффект от проведенной ХТ:
    — Полный 75,9% 81,5%
    — Частичный 63,5% 78,4%
    — Стабилизация и прогрессирование 60,3% 76,9%
    — Морфологически полный 83,6% 87,2%

    Означает ли это, что применение предоперационной ХТ не имеет перспектив? Отнюдь нет. Предоперационная ХТ может быть использована, в первую очередь, у больных, которым выполнение органосохраняющей операции на первом этапе не представляется возможным. В этом случае успешное проведение предоперационной ХТ может позволить выполнение подобной операции. Исследование B-18 убедительно показало, что достижение морфологически подтвержденной полной регрессии опухоли достоверно улучшает отдаленные результаты лечения. Т.о. полная регрессия служит индикатором высокой чувствительности к проводимой химиотерапии не только первичного очага, но и отдаленных микрометастазов. Именно успешная элиминация отдаленных микрометастазов приводит к улучшению безрецидивной и общей выживаемости. Становится очевидным, что целью проведения предоперационной ХТ является морфологически подтвержденное полное уничтожение первичной опухоли. Все остальные клинические эффекты не имеют принципиального значения.

    Как же мы можем повысить эффективность предоперационной ХТ?

    1. Увеличение числа курсов предоперационной ХТ. Если целью предоперационной ХТ является достижение полной резорбции опухоли, то возникает вопрос, достаточно ли для этого проведения лишь 4 курсов. Во всяком случае, очевидно, что проведение менее 4 курсов приведет к снижению числа морфологически подтвержденной полной регрессии. В настоящее время проводятся исследования, в которых на этапе предоперационной химиотерапии больные получают 8 курсов химиотерапии. Примером этого служит исследование NSABP B-27.

    Исследование NSABP B-27
    АС х 4 курса -> Операция
    АС х 4 курса -> Операция -> Таксотер х 4 курса
    АС х 4 курса -> Таксотер -> 4 курса R Операция

    После получения результатов этих исследований станет понятным, можно ли с помощью увеличения числа курсов предоперационной ХТ увеличить число морфологически подтвержденных полных регрессий опухоли.

    2. Использование в комбинациях предоперационной ХТ современных эффективных противоопухолевых препаратов, таких как таксаны. Паклитаксел и доцетаксел относятся к числу наиболее эффективных препаратов для проведения ХТ у больных метастатическим раком молочной железы. Поэтому оправданным представляется их назначение на ранних стадиях заболевания с целью достижения наилучшего противоопухолевого эффекта. Так, Pouillart с соавт.[4] сообщили об улучшении результатов при использовании комбинации АT (доксорубицин 60 мг/м2 + паклитаксел 200 мг/м2 3 часа каждые 3 нед. 4 курса) по сравнению со стандартной АС (доксорубицин 60 мг/м2 + циклофосфамид 600 мг/м2 каждые 3 нед. 4 курса) при проведении предоперационной ХТ у 247 больных операбельным раком молочной железы (Т2 и Т3). Частота объективного эффекта составила 83% в группе АТ и 67% в группе АС, полные морфологические регрессии опухоли были обнаружены у 16% и 10% больных, и частота выполнения резекция молочной железы составила 56% и 45% соответственно. Пока неизвестно влияние комбинации с включением паклитаксела на отдаленные результаты лечения.

    Авторы другого исследования сравнили эффективность предоперационной ХТ комбинацией FEC (5-фторурацил 500 мг/м2, эпирубицин 100 мг/м2, циклофосфан 500 мг/м2 каждые 3 недели 6 курсов) и ED (эпирубицин 100 мг/м2, Таксотер 75 мг/м2 каждые 3 недели 6 курсов) при лечении 90 больных операбельной формой РМЖ [5]. Частота объективного эффекта составила 72% для FEC и 94% для ED, частота полных морфологических регрессий опухоли 24% в обеих группах, частота выполнения органосохраняющих операций 69% и 85% соответственно. Обращает на себя внимание более высокая частота морфологически подтвержденных полных регрессий при проведении 6 курсов предоперационной ХТ. Таким образом, первые работы показывают перспективность дальнейшего изучения новых режимов предоперационной ХТ с включением не только таксанов, но и других новых противоопухолевых препаратов.

    3. Более тщательный отбор больных с факторами, предсказывающими высокую эффективность предоперационной ХТ. Для этого требуется лишь определить такие предсказывающие факторы. Fisher et al. установили, что при проведении 4 курсов химиотерапии размер первичной опухоли (менее 2 см) и отсутствие метастазов в подмышечные лимфоузлы сочетается с более частым достижением полной регрессии [3]. В исследовании Markis et al. (167 больных операбельным раком молочной железы) было показано, что только отсутствие экспрессии HER-2/neu является фактором, способствующим достижению объективного эффекта, в то время как размеры первичной опухоли, наличие рецепторов к эстрогенам, пролиферативная активность, мутация гена p53, экспрессия гена Bcl-2 не имели предсказывающего значения [6]. В другом исследовании было определено, что отсутствие рецепторов эстрогенов в опухоли и ее высокая пролиферативная активность ассоциируется с чувствительностью к предоперационной ХТ [7]. Можно надеяться, что более скрупулезное изучение различных факторов, особенно молекулярно-генетических, позволит в дальнейшем правильно отбирать больных, которым показано проведение предоперационной ХТ.

    4. Ранняя оценка эффективности проводимой предоперационной ХТ. Другой возможный подход — определение эффективности проводимой ХТ на ранних этапах (после 1-2 курсов). В случае недостаточной эффективности целесообразна либо смена схемы лечения либо выполнение оперативного лечения. Сразу две работы убедительно показали, что снижение поглощения глюкозы в опухоли (по данным позитронно-эмиссионной томографии с фтордеоксиглюкозой) после первого курса химиотерапии по сравнению с исходным уровнем достоверно указывает на чувствительность опухоли к ХТ и коррелирует с частотой достижения морфологически подтвержденных полных регрессий [8,9].

    Таким образом, исследования предоперационной ХТ показали, что по эффективности она не уступает адъювантной терапии у больных операбельным РМЖ. Предоперационная ХТ увеличивает примерно на 10% частоту выполнения органосохраняющих операций. Однако не удалось доказать, что проведение предоперационной ХТ приводит к улучшению отдаленных результатов лечения. Как следствие предоперационная ХТ не может рассматриваться как стандартный подход, заменяющий проведение адъювантной терапии у больных операбельным раком молочной железы. Можно надеяться, что проводимые в настоящее время исследования позволят белее четко оценить значение предоперационной ХТ у различных групп больных операбельным раком молочной железы.

    1. Wolff A.C., Davidson N.E: Primary Systemic Therapy in Operable Breast Cancer. J. Clin. Oncol. 2000, 18:1558-1569.

    2. Fisher B., Bryant J., Wolmark N. et al: Effect of preoperative chemotherapy on the outcome of women with operable breast cancer. J. Clin. Oncol. 1998, 16:2672-2685.

    3. Fisher B., Brown A., Mamounas E. et al: Effect of Preoperative Chemotherapy on Local-Regional Disease in Women With Operable Breast Cancer: Findings From National Surgical Adjuvant Breast and Bowel Project B-18. J. Clin. Oncol. 1997, 15:2483-2493.

    4. Pouillart P., Fumoleau P., Romieu G. et al: Final Results of a Phase II Randomized, Parallel Study of Doxorubicin/Cyclophosphamide (AC) and Doxorubicin/Taxol (paclitaxel) (AT) as Neoadjuvant Treatment of Local-Regional Breast Cancer [Abstract 275] American Society of Clinical Oncology 35th Annual Meeting, Atlanta, GA, 1999.

    5. Luporsi E., Vanlemmens L., Coudert D. et al. 6 Cycles of FEC 100 Vs 6 Cycles of Epirubicin-Docetaxel (ED) as Neoadjuvant Chemotherapy in Operable Breast Cancer Patients (Pts): Preliminary Results of a Randomized Phase II Trial of Girec S01. Program and abstracts of the American Society of Clinical Oncology 36th Annual Meeting; May 20-23, 2000; New Orleans, Louisiana. Abstract 355.

    6. Markis A., Powles T.J., Ashley S.E. et al. A reduction in the requirements for mastectomy in a randomized trial of neoadjuvant chemoendocrine therapy in primary breast cancer. Ann Oncol. 1998, 9: 1179-1184.

    7. McGrogan G., Mauriac L., Durand M., Primary chemotherapy in breast invasive carcinoma: predictive value of the immunohistochemocal detection of hormonal receptors, p53, c-erbB-2, MiB1/ pS2 and GST. Br. J. Cancer 1996, 74:1458-1465.

    8. Schelling M, Avril N, Niihrig J, et al: Positron Emission Tomography Using [F] Fluorodeoxyglucose for Monitoring Primary Chemotherapy in Breast Cancer. J. Clin. Oncol. 2000, 18:1689-1695.

    9. Smith IC, Welch AE, Hutcheon AW, et al: Positron Emission Tomography Using [F] Fluorodeoxy-n-Glucose to Predict the Pathologic Response of Breast Cancer to Primary Chemotherapy. J. Clin. Oncol. 2000, 18:1676-1688.

    источник