Меню Рубрики

Вырезали молочную железу при раке груди

Злокачественные новообразования молочных желез сегодня встречается не так редко. Очень часто для лечения данной патологии используются радикальные методы, особенно если она на последних стадиях развития, имеет огромные размеры, рассеяла метастазы по организму. В качестве одного из таких методов выступает удаление молочной железы при раке или мастэктомия. Иногда эта операция является единственным эффективным методом лечения рака. Она применяется в том случае, когда в процессе диагностики определяется, что органосберегающая операция не приведет к излечению онкологического заболевания.

Мастэктомия – полное удаление молочной железы при раке вместе с частью мышц грудной клетки, лимфатическими узлами. Операция проводится хирургом, который стремится не только ликвидировать рак, но и добиться улучшения качества жизни пациента. После оперативного вмешательства проводят реконструкцию молочной железы при помощи имплантатов или собственных тканей женщины.

Мастэктомия является очень сложной операцией при раке груди. Ее назначают при раке груди, саркоме молочной железы, а также при развитии тотального гнойного процесса, что приводит к появлению гангрены железы. Такое лечение часто приводит к развитию стресса и депрессии у женщины.

Обратите внимание! Часто рак груди развивается из-за присутствия в организме женщины мутированного гена, что передается по наследству. Такое явление встречается в 8% случаев от общего числа заболевших данным недугом.

Удаление грудных желез предполагает также изъятие подмышечной жировой клетчатки, окружающей подключичную вену, и мышц. Все оперативное вмешательства по устранению рака груди в онкологии подразделяют на следующие виды:

  1. Оперативное вмешательство по Холстеду характеризуется иссечением молочной железы, лимфатических узлов, что располагаются в области подмышек, мышц груди, жировой клетчатки, не затрагиваются в данном случае грудные нервы. Этот метод лечения используется при тяжелых осложнениях, метастазировании опухоли в мышечный слой, который располагается возле груди. Данный метод хирургии применяется в редких случаях.
  2. Модифицированная мастэктомия по Пейти обуславливается удалением малой мышцы груди, молочной железы, лимфаузлов и жировой клетчатки в области подмышек. В современной онкологии данная методика используется чаще всего.
  3. Оперативное вмешательство по методу Маддена характеризуется удалением только молочной железы и жировой клетчатки в области подмышек. Лимфатические узлы и мышечная ткань не затрагиваются. Данная операция при онкологии груди является самой щадящей и часто применяется в качестве лечения патологий.

Обратите внимание! Эффективность всех вышеперечисленных хирургических методов одинакова. В онкологии при раковой опухоли груди первой и второй стадии прибегают к операции по Маддену, если у женщины третья степень злокачественности заболевания, используют метод Пейти.

Когда назначается радикальное вмешательство, пациенту вводят наркоз. После этого на кожный покров врач наносит разметку специальным маркером, по которой будет в дальнейшем осуществляться движение скальпеля. Дальше хирург начинает постепенно отслаивать кожный покров и отделять молочную железу от мышечной ткани, он очищает подключичную вену. При помощи ножниц удаляется жировая клетчатка с региональными лимфатическими узлами.

Обратите внимание! Самым опасным моментом при оперативном вмешательстве считается очистка подключичной вены, от аккуратности которой будет зависеть исход и качество операции. Также особое внимание уделяют сохранности плечевого нерва.

Когда пораженные участки и молочная железа будут удалены, хирург останавливает кровотечение из небольших сосудов, что локализуются в кожном покрове и мышцах, устанавливает специальную дренажную трубку, которую соединяют с вакуумным резервуаром. Проводится это с целью устранения остатков крови и лимфы, что скапливаются в ране, через три дня дренаж будет удален. Рана зашивается косметическими швами, сверху накладывают стерильную повязку и заклеивают пластырем. После операции на месте разреза тканей остается горизонтальный шрам.

После операции карциномы груди на вторые сутки женщина уже может вставать и передвигаться. Физическая активность пациента полностью восстанавливается через двадцать дней после хирургического вмешательства. Швы обычно снимают на седьмой день, если использовались нити, что рассасываются сами, их не снимают. На вторые сутки врач приписывает обезболивающие препараты, может также проводиться симптоматическая терапия.

После удаления молочной железы часто возникает дискомфорт, особенно если она была большого размера. Кожный покров грубеет и становится натянутым, падает тонус мышц верхних конечностей. Обычно эти осложнения со временем проходят. Физиотерапевт может назначить комплекс упражнений, которые восстановят мышечный тонус и снизят боль. Их можно будет выполнять уже спустя три дня после операции по удалению раковой опухоли.

Во время оперативного вмешательства всегда существует риск развития осложнений. Они могут проявляться в виде повреждения нервов, что вызывает болевой синдром, онемение конечностей. Иногда такие последствия носят необратимый характер. Если были удалены лимфатические узлы, это приводит к замедлению оттока лимфы и развитию отека. Такое явление может наблюдаться даже через несколько месяцев после хирургического лечения.

К основным осложнениям после радикального лечения относят:

  • развитие кровотечений;
  • присоединение вторичных инфекций;
  • нагноение;
  • накопление в ране жидкости.

Обратите внимание! После снятия дренажа жидкость может продолжать накапливаться в ране. В этом случае ее удаляют при помощи пункции.

К поздним негативным последствиям, которые могут появляться через несколько недель, относят:

  • развитие лимфостаза;
  • нарушение подвижности конечности;
  • снижение мышечного тонуса.

После оперативного вмешательства часто используют лучевую терапию или химиотерапию через некоторое время для устранения оставшихся раковых клеток.

После удаления рака молочной железы (РМЖ) проводятся мероприятия, направленные на реконструкцию груди. В некоторых случаях врачи применяют протез, которые необходимо носить под бюстгальтером. Реконструкция проводится через некоторое время после лучевой терапии. Также медики нередко применяют имплантат, который наполнен силиконом, или собственные ткани женщины, что берут с иных участков тела, например, спины, ягодиц, нижней части живота.

Обратите внимание! Метод реконструкции подбирается в зависимости от разновидности применяемой операции, возраста и телосложения женщины. Пластический хирург предложит оптимальный вариант.

При реконструкции органа часто не удается достичь полной идентичности настоящей молочной железы. Она может отличаться не только по внешнему виду, но и на ощупь.

источник

Рак молочной железы — самое распространенное женское онкологическое заболевание. При своевременном выявлении предпочтительным методом лечения является операция, и пациентке предстоит сделать выбор между органосохраняющим методом, то есть лампэктомией (удаление только плотного новообразования), или полным удалением молочной железы (тотальная мастэктомия). Давайте разберемся, как правильно принять решение в такой непростой ситуации.

Доктор Михаэль Корец — один из лучших хирургов-маммологов в Израиле. Он заведует центром здоровья молочной железы в больнице «Сорока» и ведет частную практику в «Герцлия Медикал Центре» и клинике «Ассута». Мы задали ему несколько вопросов об особенностях выполнения операций на молочной железе при раке.

Принимая решение о необходимой пациентке операции, мы взвешиваем такие факторы, как: размер опухоли, вид рака и степень его распространенности на близлежащие лимфатические узлы и органы. Важно понимать, что рекомендация хирурга ни к чему не обязывает пациентку и, в конечном итоге, окончательное решение принимает она. Часто женщина руководствуется эмоциональными и душевными причинами при выборе метода лечения, и ее решение не всегда совпадает с рекомендацией хирурга.

На сегодняшний день во многих случаях можно добиться желаемого результата с помощью лапмэктомии, не прибегая к радикальному удалению молочной железы. Буквально несколько лет назад в случаях большой опухоли пациентке назначалась мастэктомия, но технологии в сфере хирургии и реконструкции молочной железы стремительно развиваются. Сегодня можно с уверенностью сказать, что процент достижения стойкой ремиссии одинаков среди пациенток, перенесших лампэктомию, и тех, кому была проведена радикальная операция, поэтому мнение, что мастэктомия более эффективна, является неверным в корне.

Из Вашего личного опыта можете ли Вы отметить склонность пациенток к выбору того или иного вида операции?

В последнее время отмечается удивительная склонность пациенток к радикальной резекции молочной железы, иногда даже обеих желез. Мы с коллегами считаем, что «виной» тому является повышение осведомленности о раке груди, что в свою очередь ведет к преувеличенному и не всегда оправданному страху. В наши дни женщины постоянно получают информацию об угрозе рака молочной железы: предупреждающие и разъясняющие проблему сообщения по радио, плакаты на улице, статьи на женских интернет-порталах и так далее. Несмотря на добрые намерения, эта «рекламная кампания» вызвала неожиданный эффект — поверив приводимым аргументам, женщины предпочитают радикальную операцию, чтобы избежать возможного рецидива заболевания.

Несомненно. Распространение информации об истории болезни Анжелины Джоли привело к тому, что женщины недооценивают эмоциональные и физические трудности, связанные с мастэктомией. Они стремятся следовать примеру голливудских звезд и настаивают на радикальной операции, даже когда хирург категорически против.

Есть ли разница в эстетическом эффекте после реконструкции груди вследствие лампэктомии и полной реконструкции после радикальной резекции?

Как я отметил раньше, сфера хирургии и реконструкции молочной железы в течение последних нескольких лет стремительно развивается. Еще совсем недавно после лампэктомии у пациентки оставались значительные шрамы и эстетический эффект оставлял желать лучшего, поэтому многие женщины предпочитали тотальную мастэктомию с полной симметричной реконструкцией. На сегодняшний день новые методы онкопластики позволяют провести прекрасную реконструкцию с маленьким и практически незаметным шрамом даже после лампэктомии.

Хирурги молочной железы рекомендуют пациенткам радикальную операцию, когда в груди выявлено несколько злокачественных очагов вместо одной опухоли. Также в том случае, когда болезнь выявлена на относительно прогрессирующем этапе и речь идет об агрессивной и инвазивной опухоли, предпочтение отдается мастэктомии.

источник

Удаление опухоли обычно выполняется по поводу фиброаденомы. Кожный разрез делается либо над самой опухолью, либо по краю ареолы (околососковый кружок), либо по субмаммарной складке (складка под молочной железой). Два последних варианта более эстетичны. Обычно, через год рубец от такого разреза довольно трудно найти. Производится удаление самой опухоли, при этом не повреждаются протоки молочной железы (и не возникает проблем для последующего кормления грудью), не возникает деформации железы, не возникает дефицита объёма железы. Ушивается «ямка» в месте расположения опухоли, накладывается внутрикожный шов.

Хирургическое лечение рака молочной железы, несомненно, является основным методом комплексного лечения. Его эффективность существенно возрастает при сочетании с химиотерапией, гормональной терапией и лучевой терапией.

Одним из основных принципов лечения рака молочной железы в Европейской клинике является проведение в основном органосохраняющих операций, так и операций полного удаления молочной железы (мастэктомия), с учетом индивидуальных показаний.

Суть органосохраняющей операции при раке молочной железы заключается в удалении только очага опухоли молочной железы с небольшим количеством окружающей здоровой ткани (лампэктомия и квадрантектомия). После такой операции обычно следует курс лучевой терапии на область оставшихся тканей молочной железы и регионарных зон.

Важно знать, что при инвазивном раке обе эти операции сочетаются с обязательным удалением подмышечных лимфатических узлов — лимфаденэктомией. При неинвазивных формах рака в настоящее время полного трехуровнего удаления лимфоузлов не производится, поскольку это резко ухудшает качество жизни пациенток — развивается отёк верхней конечности (лимфедема), нарушения подвижности в плечевом суставе, а также хронические боли.

Поэтому в Европейской клинике в рамках первого комплексного обследования в обязательном порядке проводится биопсия «сторожевого» лимфоузла. Суть данной методики состоит в определения поражённости раком подмышечного лимфатического узла. Такая методика дает возможность проводить органосохраняющее лечение и сохранять подмышечные лимфоузлы, если они не поражены метастазами. Это, безусловно, положительно сказывается на качестве дальнейшей жизни пациентки. Наличие раковых клеток в «сторожевом» лимфоузле свидетельствует о высоком риске обнаружения этих клеток в отдаленных органах и тканях организма, то есть о риске развития метастазов. В этом случае выполняются МР-томография и сцинтиграфия. Мы в обязательном порядке проводим гистологическое и иммуногистохимическое исследования операционного материала (удаленных тканей молочной железы и лимфоузлов).

Такую операцию делают при узловой мастопатии (сборный диагноз, включающий и ситуации с уплотнением в молочной железе неизвестной природы). Кожный разрез производят либо над уплотнением, либо по краю ареолы, либо по субмаммарной складке. Удаляется уплотнение, образовавшийся дефект ткани железы ушивается, накладывается внутрикожный шов.

Особая техника секторальной резекции применяется при внутрипротоковой папилломе (обычно это маленькая опухоль, расположенная в протоке и проявляющаяся выделениями из соска). В проток вводится красящее вещество. Кожный разрез делается по краю ареолы, за соском находят прокрашенный проток, в этом месте его пересекают, выделяют к периферии от соска с тем, чтобы была удалена папиллома. Ушивается ткань железы и кожа внутрикожным швом.

В Европейской клинике ведёт консультативный приём и выполняет операции известный российский хирург-маммолог, доктор медицинских наук Сергей Михайлович Портной (автор более 300 печатных работ, член правления Российского общества онкомаммологов, автор трех патентов на изобретения).
Сергей Михайлович выполняет весь объем оперативных вмешательств на молочной железе, включая органосохраняющие и реконструктивные пластические операции.

Применяется при внутрипротоковой папилломе, когда её не удаётся локализовать, при множественных внутрипротоковых папилломах, располагающихся в центральных отделах протоков. Операция приемлема в тех случаях, когда не предвидится кормление грудью. После кожного разреза, выполненного по краю ареолы, за соском пересекают все протоки. Ткань железы с центральными отделами протоков выделяют на 2–3 см и удаляют. Дефект ткани железы ушивается, накладывается внутрикожный шов.

Используется при аденоме соска, — редкой доброкачественной опухоли или как диагностический этап для морфологической диагностики рака Педжета. Клиновидно резецируется сосок, накладываются узловые швы тонким шовным материалом. Часть протоков при этом пересекаются, что может осложнить последующую лактацию.

Мастэктомия — удаление молочной железы (без лимфатических узлов). Выполняется при неинвазивных формах рака (протоковый рак in situ, дольковый рак in situ), синдроме наследственного рака молочной железы, как профилактическая операция. Если не планируется одновременное воссоздание молочной железы, на груди остаётся тонкий линейный рубец. В тех случаях, когда операция сочетается с одномоментной реконструкцией молочной железы, мастэктомия производится в технике кожесохраняющей мастэктомии (удаляется сосково-ареолярный комплекс, вся остальная кожа железы сохраняется) или подкожной мастэктомии (сохраняется вся кожа железы). После таких операций остаётся «кожаный мешочек», который должен заполнить пластический хирург. Эстетический результат таких операций обычно очень хороший.

Радикальная мастэктомия, то есть операция, включающая удаление молочной железы с грудными мышцами и жировой клетчаткой 1–3 уровней, стала выполняться William Stewart Halsted с 1882 г. в Больнице Джона Хопкинса (John Hopkins Hospital, Baltimore, Maryland, USA). Первое описание операции, произведённой 13 больным, относится к 1891 г., это описание было частью статьи, посвященной заживлению ран (W. S. Halsted «The treatment of wounds with especial reference to the value of the blood clot in the management of dead spaces». John Hopkins Hospital Rep., 1890–1891. 2:255.). Удаление жировой клетчатки обусловлено нахождением здесь лимфатических узлов, которые нередко были поражены метастазами рака и представляли собой множественные плотные узлы различного размера. Анатомическое деление клетчатки производится относительно малой грудной мышцы: клетчатка кнаружи от малой грудной мышцы — это клетчатка 1 уровня, кпереди и кзади от малой грудной мышцы — 2 уровня, кнутри от малой грудной мышцы — 3 уровня. Удаление мышц объяснялось тем, что при запущенных формах болезни (которых было большинство) были поражены метастатическим процессом лимфатические сосуды, проходящие сквозь, мышцы и фасции, покрывающие мышцы.

К недостаткам операции относится деформация грудной стенки. В настоящее время показаниями к радикальной мастэктомии по W. S. Halsted являются прорастание первичной опухолью большой грудной мышцы и поражение лимфатических узлов Роттера, а также выполнение паллиативных операций.

D. H. Patey и W. H. Dysonв 1948 г. предложили модифицированную методику радикальной мастэктомии, отличающуюся от операции W. S. Halsted сохранением большой грудной мышцы. В блок удаляемых тканей включается молочная железа, малая грудная мышца и лимфатические узлы 1–3 уровней. Операция в большинстве случаев не уступает по эффективности операции Холстеда, её преимуществом является меньшая травматичность и меньшая деформация грудной стенки. В то же время, не всё просто с остающейся большой грудной мышцей. При удалении малой грудной мышцы неизбежно пересекается 1–2 мелких нервных веточек (латеральный пекторальный нерв и ветвь медиального пекторального нерва), иннервирующих наружную часть большой грудной мышцы. Впоследствии, конечно, это приводит к атрофии наружной части большой грудной мышцы.

Читайте также:  Можно ли победить рак молочных желез

Модификация радикальной мастэктомии по J.L Madden предполагает сохранение обеих грудных мышц и удаление клетчатки I и II уровней.

Является вариантом модифицированной радикальной мастэктомии, разработанным в ФГБУ РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН. Подразумевает удаление молочной железы, удаление клетчатки I–III уровней без удаления малой грудной мышцы в отличие от операции Patey & Dyson. Преимуществом операции является полное удаление клетчатки и сохранение мышц, и их иннервации.

Все предыдущие операции, выполняющиеся при раке, носили название «радикальная». Тем самым подразумевалось, что болезнь удаляется с мельчайшими «корнями» и не должна вернуться, операция была направлена на предотвращение развития метастазов. В других случаях, когда опухоль уже дала метастазы или когда местное распространение болезни столь велико, что наиболее вероятно после операции последует развитие метастазов, операция не может претендовать на название радикальной. В таких случаях она может выполняться с паллиативной целью, то есть с целью устранить непосредственные неприятности, связанные с наличием опухоли, — распад опухоли, кровотечение; либо с целью уменьшения объёма опухолевой ткани и создания условий для более эффективного лекарственного лечения.

В нашей клинике выполняется широкая панель онкологических операций, включающих одновременную реконструкцию молочной железы. Возникает вопрос: это безопасно? Не провоцирует ли дополнительная операция быстрое развитие метастазов?

Для ответа на эти вопросы нами были проанализированы сведения о 503 больных РМЖ I — III стадий, получавших лечение в ФГБУ РОНЦ им. Н. Н. Блохина РАМН в 1992—2002 гг. В основную группу вошли 124 больные, средний возраст 41,5 года (24–67). Женщины были оперированы в объеме радикальной мастэктомии с сохранением грудных мышц в сочетании с первичной реконструкцией молочной железы: экспандером (n=14) или кожно-жировым лоскутом на широчайшей мышце спины с использованием эндопротеза (n=18), или поперечным ректоабдоминальным лоскутом на мышечной ножке (n=92). Контрольную группу составили 379 больных, средний возраст 40,1 года (26–79). 145 больным выполнены органосохраняющие операции, 234 — радикальная мастэктомия с сохранением грудных мышц. Группы были сопоставимы по основным факторам, оказывающим влияние на прогноз (стадия, возраст, проводимое лечение). Лекарственное и лучевое лечение проводились по общим принципам. Медиана длительности прослеженности 63,7 (20,4–140,5) месяца.

Частота местных рецидивов составила:

  1. в молочной железе после органосохраняющих операций — 4,1%;
  2. после модифицированной радикальной мастэктомии — 1,7%;
  3. после модифицированной радикальной мастэктомии с первичной реконструкцией — 1,6% (p>0,05).

За весь срок наблюдений рецидив болезни (то есть не только местно, а в любых органах и тканях) наблюдался в 18,6±3,5% в группе с реконструкцией молочной железы (у 23 больных) и в 18,2±2,0% в контрольной группе (у 69 больных, p>0,05). Кривые безрецидивной выживаемости и общей выживаемости в сравниваемых группах статистически не различаются.

По данным многофакторного анализа факт выполнения первичной реконструкции молочной железы не влияет на развитие рецидива болезни. Анализ факторов, влияющих на рецидив болезни, показывает преобладающее влияние таких известных факторов, как критерии T, N, возраст, проведение химиотерапии. Факт проведения первичной реконструкции не оказывал статистически значимого влияния на процесс рецидивирования опухоли. Таким образом, первичная реконструкция молочной железы может безопасно выполняться больным РМЖ.

Однако, чем больше объем операций, тем вероятнее осложнения их заживления, особенно у пациенток при сопутствующем сахарном диабете, ожирении и длительном курении. У них длительное заживление раны может отсрочить проведение адъювантной лучевой терапии, химиотерапии. Поэтому для больных с планируемой адъювантной химиотерапией или лучевой терапией, имеющих перечисленные факторы, ухудшающие заживление раны, предпочтительнее отказаться от первичной реконструкции.

История развития органосохраняющих операций при раке молочной железы относительно коротка. Такие операции стали возможны благодаря сочетанию трёх основных факторов: 1) более раннему выявлению болезни; 2) осознанию того, что расширение объёма операции при ранних формах рака не приводит к улучшению выживаемости больных; 3) применению лучевого воздействия на сохранённую молочную железу как мощного средства снижения вероятности местного рецидива.

G.Crile Jr. в 1975 г. представил10-летние результаты рандомизированного исследования, сравнивающего органосохраняющую операцию частичную мастэктомию (partial mastectomy) с тотальной мастэктомией. В группах сравнения было по 42 больных первично операбельным раком. Смертность от рака за 10 лет составила 34% и 38% соответственно.

Минимальное по объёму удаляемой ткани молочной железы хирургическое вмешательство — лампэктомия (lump — глыба, кусок, комок), было разработано в ходе исследований Национального проекта дополнения операций на молочной железе и кишечнике (США, NSABBP).

В исследование входили больные с величиной опухоли не более 4 см. Сравнивались группы больных с разными видами лечения: лампэктомией (1-я группа), лампэктомией с лучевой терапией (2-я группа), модифицированной радикальной мастэктомией (3-я группа).

При 12-летнем наблюдении местный рецидив в молочной железе развился у больных 1-й группы в 35%, 2-й группы — в 10%. Достоверные различия общей выживаемости и выживаемости без отдалённых метастазов между сравниваемыми группами отсутствовали. Общий вывод о равной эффективности органосохраняющего лечения и радикальной мастэктомии подтвержден и при 20-летнем наблюдении. Частота местного рецидива после лампэктомии составила 39,2%, после лампэктомии с облучением — 14,3%.

Обретя собственный опыт в выполнении лампэктомии, мы пришли к необходимости её модифицировать. Модификация касается двух моментов: опухоль удаляется обязательно с запасом здоровых тканей вокруг неё, обязательно производится ушивание ткани железы. Для опухолей небольшого размера (до 1–2 см) лампэктомия остаётся лучшей операцией: нетравматичной и элегантной.

При больших размерах опухоли или при её центральной локализации для сохранения формы железы возникает необходимость в привлечении дополнительных усилий по перемещению тканей, и / или вмешательства на контралатеральной железе для сохранения симметрии, то есть необходимость в выполнении онкопластических резекций.

Термин «онкопластическая резекция» общепринят в мировой литературе, подразумевает под собой выполнение резекции молочной железы по поводу рака с использованием методов пластической хирургии для восстановления формы железы, возможно также совмещение с одновременным оперативным вмешательством на противоположной железе для восстановления симметрии.

Одна из первых операций, которую можно отнести к онкопластическим резекциям (термин «онкопластическая резекция» был предложен позже), это реконструкция молочной железы по A.Grisotti — наиболее успешный метод восстановления формы железы после удаления её центрального отдела. После резекции центрального отдела железы вместе с соском и ареолой от медиального края образовавшейся раны вертикально вниз производится кожный разрез, который затем продляется латерально по субмаммарной складке. Ниже раневого дефекта часть кожи деэпидермизируется, оставляется островок кожи, соответствующей по размерам ареоле. В проекции вертикальной части кожного разреза ткань железы рассекается на всю толщу до субмаммарного пространства, мобилизуется весь нижне-наружный квадрант железы. Мобилизованная ткань железы ротируется, её часть, располагающаяся под кожным островком, перемещается в центральный отдел и подшивается. В последующем может быть выполнен татуаж вновь созданной «ареолы» и пластика соска.

В России период выполнения онкопластических резекций стартовал с начала 90-х годов, когда была предложена операция, использующая технику редукционной пластики перевернутого «Т». Операция выполнялась при нижних локализациях опухоли, обязательной была редукционная пластика противоположной железы.

В настоящее время вариантов онкопластических резекций очень много, можно сказать, что их столько, сколько пациенток. Техника и ход операции диктуется онкологической ситуацией, формой молочных желёз, особенностями состояния тканей, излюбленными приёмами хирурга.

Органосохраняющие операции не являются автоматически адекватным видом лечения. Необходимо тщательное обследование пациенток, которым планируется такая операция. Лучше сделать мастэктомию, чем несоответствующую онкологическим критериям органосохраняющую операцию.

«Чистота» краёв резекции — главный показатель адекватности органосохраняющей операции. Органосохраняющая операция признается радикальным вариантом местного лечения только в сочетании с лучевой терапией.

Хирургия — наиболее радикальный метод лечения онкологических заболеваний. Но, даже если опухоль полностью удалена, и врач констатировал ремиссию, в будущем сохраняется риск рецидива. Каждая женщина, успешно прошедшая лечение, должна находиться под наблюдением у врача.

Посещать маммолога придется раз в несколько месяцев. Со временем врач будет приглашать на осмотры все реже, спустя 5 лет — примерно раз в год (если в течение этого времени не возникало рецидивов). Спустя 6–12 месяцев после хирургического вмешательства врач назначит маммографию, затем ее нужно будет проходить ежегодно. По отдельным показаниям назначают регулярные осмотры гинеколога, определение плотности костей и другие исследования.

Средняя продолжительность жизни после операции по удалению рака молочной железы оценивается по показателю пятилетней выживаемости. Он обозначает процент пациентов, которые остаются живы в течение пяти лет с того момента, когда был установлен диагноз. Пятилетняя выживаемость при раке молочной железы в первую очередь зависит от стадии, на которой начато лечение:

  • I стадия — практически 100%.
  • II стадия — 93%.
  • III стадия — 72%.
  • IV стадия — 22%.

Помимо стадии, играют роль и такие факторы, как возраст, общее состояние здоровья женщины, тип опухоли, образ жизни. Специальных рекомендаций, которые помогли бы существенно улучшить прогноз выживаемости после операции по поводу рака молочной железы, не существует. Нужно в целом вести здоровый образ жизни: правильно питаться, поддерживать физическую активность, следить за массой тела, избегать курения и алкоголя.

После лечения организм восстанавливается, поэтому он должен получать достаточное количество белка. В ближайшее время после операции не стоит переживать о лишних калориях, даже если у вас есть избыточная масса тела. Сейчас важно восстановиться. Сбросить вес можно потом.

Некоторые вещества, которые содержатся в растительных продуктах, помогают укрепить здоровье и снизить риск рецидива:

  • Фитоэстрогены, которые содержатся в сое, согласно результатам некоторых исследований, помогают снизить риск рецидива эстроген-позитивного рака. В ходе других исследований не было обнаружено такого эффекта.
  • Антиоксиданты содержатся во многих фруктах и овощах, особенно много их в брокколи, чернике, моркови, манго. Они помогают защитить клетки от повреждения.
  • Ликопин — один из антиоксидантов, который придает красный цвет томатам и розовый — грейпфруту.
  • Бетакаротин придает оранжевый цвет моркови, абрикосам. Есть некоторые данные в пользу того, что он помогает предотвращать рак.

Стоит ли принимать биологически активные добавки? Диетологи считают, что рацион, богатый разнообразными свежими продуктами, намного лучше, чем БАДы.

источник

Удаление груди — нередко болезненный вопрос для женщины с раком молочной железы. Однако избавляться от пораженного органа целиком нужно далеко не всегда. Иногда грудь можно сохранить, убрав только опухоль. Не всегда нужно удалять и подмышечные лимфоузлы. Даже если вам показано удаление молочной железы, у вас есть возможность бесплатно и единовременно сделать реконструкцию — установить имплантаты по квоте.

Вместе с врачами-онкологами, резидентами Высшей школы онкологии Александром Петрачковым и Анной Ким мы сделали подробный разбор темы.

Какие общие факторы учитываются врачом при назначении операции при раке молочной железы?

Онкологическая хирургия молочной железы делится на два вида:

1. удаление всего органа (органоуносящая операция);

2. удаление только части органа (органосохраняющая операция).

Мастэктомия — это удаление молочной железы целиком. Единых показаний для ее удаления нет. Однако обычно мастэктомию проводят, если есть:

— внутрипротоковая карцинома, которая занимает почти всю железу;

— несколько очагов. Грубо говоря, вырезать несколько кусков ткани нецелесообразно;

— желание пациентки (в том числе при совмещении с реконструкцией молочной железы);

«Мастэктомия перестает быть «плохой» операцией, потому что теперь ее можно делать с одномоментной реконструкцией. Реконструкция — восстановление молочной железы с помощью протеза (имплантата). Отсроченную реконструкцию делают по желанию пациентки, когда мастэктомия была некоторое время назад»

— кровотечения при распадающейся опухоли;

Важно: Удаление опухоли или всей железы при метастатическом раке груди нецелесообразно! Это возможно только при наличии осложнений со стороны первичной опухоли.

«Не стоит забывать, что сейчас разрабатываются методы генетического исследования женщин с генетической мутацией. Им требуется удаление молочной железы целиком, потому что у них даже в оставшейся железе может возникнуть рак. Однако вопрос остается дискутабельным в профессиональных сообщества. Сейчас идут исследования, которые говорят, что это только опция, есть вариант гормональной профилактики тамоксифеном у женщин-носительниц гена BRCA1»

Да. Чем ниже стадия, тем более щадящие варианты мастэктомии могут быть. Например, возможно полное сохранение всей кожи и соска, а вместо удаленной железы ставится имплантат.

При необходимости реконструкция проводится в несколько этапов — ставится временный имплантат, расширяется и заполняется водой. Затем он растягивает кожу, создавая объем для новой молочной железы. После этого хирург меняет протез на постоянный с силиконом.

Когда действительно нужно удалять подмышечные лимфоузлы (проводить лимфодиссекцию)?

Это дискуссионный вопрос. Сейчас считается, что необходимо удалять только клинически позитивные узлы или когда сигнальные лимфоузлы не обнаруживаются. Удаление лимфоузлов действительно снижает количество рецидивов, но качество жизни пациентки может сильно снизиться.

Раньше полная подмышечная лимфодиссекция была популярной операцией, когда онкология была более радикальной. Сейчас от этого подхода уходят. Многие зарубежные исследователи считают удаление лимфоузлов стадирующей операцией. Она нужна, чтобы понять, насколько распространилось заболевание, и выбрать тактику лечения. Сейчас ее должны делать в следующих случаях:

— при пораженных сигнальных лимфоузлах,

— при выраженных клинических показаниях, когда до начала лечения есть пораженные лимфоузлы и они не исчезают после химиотерапии.

Объем вмешательства зависит от возраста пациентки?

«Вообще я о таких прецедентах слышал. Но есть правила, как обязан себя вести онколог — он должен обсуждать все возможные варианты с пациенткой. Органосохраняющая операция и мастэктомия обладают схожей эффективностью. Выбирать, что ей будут делать, будет только пациентка. Если мы видим небольшую опухоль, то мы предлагаем оба варианта.

Женщины бывают разные. Они хотят разных вещей и по-разному относятся к своему организму, телу. Кто-то очень боится рака и настроена еще до визита к врачу все удалить, не всегда врач может переубедить.

Такие прецеденты должны уйти в прошлое, потому что сам пациент должен решать, что ему больше нужно, если врач не видит препятствий со стороны своих возможностей и онкологических познаний»

Можно ли пойти в частную клинику, чтобы восстановить грудь после мастэктомии?

«Частные клиники общего профиля также занимаются реконструкцией после удаления железы. Однако клиники эстетической медицины специализированно занимаются эстетической хирургией — подтяжкой и увеличением молочных желез. Эстетикой с точки зрения реконструкции занимаются в основном в государственных крупных центрах. Эти операции входят в раздел государственного финансирования. Можно получить операцию по квотам, государство их оплатит»

Какие могут быть протезы (имплантаты)?

Чаще всего имплантаты производятся в Америке. Сейчас стали появляться протезы из Кореи, Мексики, Германии и других стран. Какой имплантат достанется пациентке — зависит от того, что разыграно в тендере. Протезы пока не подвергаются импортозамещению. Они все схожего хорошего качества, стерилизованы и запечатаны. По факту разницы между ними нет — такие же используют в частных клиниках пластической хирургии.

Какие могут быть осложнения при протезировании (установке имплантатов)?

лимфорея (когда комится жидкость после имплантации). Необходимо пунктировать или дренировать;

Читайте также:  Когда назначают облучение при раке молочной железы

протрузии имплантатов (когда имплантат продавливает кожу на месте шва). От этого никто не застрахован, но наибольшие риски есть у пациенток после лучевой терапии — кожа истончается, нарушается ее кровоснабжение и риск осложнений увеличивается.

липосакция, когда забирается собственная жировая ткань в шприцы и потом она пересаживается;

использование лоскута из жировой ткани с сосудами.

Это разные по принципу операции и разные по результату, потому что лоскут позволяет сделать единомоментно полный объем молочной железы. Что же про липофилинг, то это, как правило, не больше 100-200 мл за один сеанс, а это редко когда позволяет полностью восстановить ткань молочной железы.

Органосохраняющие операции предполагают просто удаление опухоли из органа. Формат выполнения зависит от того, насколько большая зона удаляется и насколько женщина хочет косметически восстановить железу. Можно ограничиться только удалением опухоли:

без пластики (с незначительной деформацией, не влияющей на качество жизни);

с пластикой лоскутами, восполняющими форму и объем (со спины, живота);

с онкопластикой — маскировкой операции под обычную пластическую операцию с помощью перемещения тканей. Это нужно тем, кто хочет неплохой косметический результат (если есть возможность сделать органосохранную операцию).

Операции с использованием лоскутов

Если врач предлагает лоскутные пластики, то это тоже может быть исполнено в двух вариантах :

если удалена кожа, то мы берем лоскут с других частей тела с кожей;

если кожа не удалена, то мы можем взять только жир и эта операция часто эстетически выигрышная. Однако она технически сложная: занимает порой 7-8 часов, имеет немало осложнений и мало кто владеет навыками таких операций сейчас.

Показания для органосохраняющей операции:

— ранние стадии — T1-T2 (в зависимости от вида новообразования), в том числе после предоперационной химиотерапии.

Фактически, органосохраняющую операцию можно выполнить и при большой опухоли (больше 5 см), просто от органа ничего не останется. Поэтому при больших опухолях мастэктомия целесообразнее.

Примечание: после органосохраняющей операции женщине всегда показан курс (или несколько) лучевой терапии. Теоретически, можно сделать органосохраняющую операцию и на 3-4 стадии, но это необходимо обсудить с врачом. Все зависит от того, какая опухоль у пациентки.

«Когда размер опухоли 5 см и больше — в любом случае уйдет большая часть железы и называть операцию органосохраняющей будет уже неразумно. Почему назначается химиотерапия до операции? Одна из причин — возможность прооперировать органосохранно. Чем меньше размер опухоли, тем меньший объем ткани нужно удалять и тем легче проходит операция. При органосохраняющих операциях можно сделать онкопластику — замаскировать операцию по резекции железы под пластическую операцию. Это будет выглядеть как подтяжка, хотя на самом деле у женщины удалили злокачественную опухоль»

Что лучше с эстетической точки зрения мастэктомия с реконструкцией или органосохраняющая операция?

Радикальная резекция не всегда обеспечивает лучший косметический результат по сравнению с мастэктомией. Лучевая терапия нужна всегда, после нее может много эстетических нюансов:

— излишняя пигментация кожи,

— деформация кожи от лучевого ожога.

К сожалению, все эти эффекты могут помешать эстетическому результату. Но это не отменяет то, что лучевая терапия всегда нужна после органосохранных операций.

Как различаются подходы к операциям при раке молочной железы в крупных городах и регионах?

«Регионы и крупные города уже подтягиваются к Москве и Питеру. А столица и Петербург оперируют на том же уровне, что и западные коллеги. Сейчас общая тенденция – уменьшать объем операций, не делать сверхрадикальных вмешательств, то есть с удалением мышцы. Если говорить о том, что происходит вне областных центров, то там до сих пор встречаются сверхрадикальные операции. Нужно понимать, что необходимость удаления всей опухоли — это столп всей онкохирургии»

Как понять, что мне могут сделать органосохраняющую операцию или реконструкцию имплантатами?

Обязательно сначала спросите врача: «Могу ли я сохранить грудь? Если нет, какие есть варианты реконструкции?»

Задача врача — обеспечить полной информацией. Он также должен обеспечить безопасность вмешательства — как онкологического, так и эстетического. Пациентка приходит к своему онкологу, зная о своей стадии, желании удалить новообразование, страхах. Если она живет далеко и для нее будет проблематично наблюдаться после реконструкции, ей также нужно сказать об этом врачу. Если вы не уверены в своем враче, напишите другим врачам и уточните все.

Если человек не разбирается в своем диагнозе, может быть есть список вопросов, который стоит задать врачу?

— На какой стадии заболевание?

— Насколько это злокачественная опухоль, требует ли это дополнительного лечения?

— Перечислите симптомы: боли, втянутый сосок, гусиная кожа, покраснение и другие поражения кожи.

Все это может послужить критерием к вмешательству и стоит все это задавать своему врачу. Также стоит уточнить, возможна ли реконструкция.

Врачи вообще заинтересованы в органосохраняющих операциях и реконструкциях, а не только в мастэктомии?

Сохранить грудь — это технически даже проще, чем удалить полностью молочную железу. Однако пока не все и не везде могут делать реконструкции. Обычно происходит так, потому что немногие могут этому обучиться. Такое бывает из-за дорогого обучения, у кого-то больница не может обеспечить оборудованием, в том числе протезами.

источник

Операция по удалению рака молочной железы является единственным выходом при лечении данного заболевания. Это позволяет не только избавиться от проблемы, но и продлить жизнь. В зависимости от стадии и локализации очага удаление груди может быть частичным или радикальным. Самым распространенным способом хирургического лечения рака груди является мастэктомия, имеющая несколько направлений.

Операция на груди проводится при наличии злокачественной опухоли и проводится на основании следующих показаний:

  • при наличии опухоли размером более 5 см, если при этом не наблюдалось улучшение после проведенной химиотерапии;
  • при неэффективности ранее проведенной лучевой терапии груди;
  • наличие раковых очагов более чем в одном квандранте молочной железы;
  • подтверждение биопсией о метастазировании роковых клеток и неэффективность ранее проведенной резекции;
  • наличие некоторых заболеваний, при которых есть противопоказания на проведение лучевой терапии, ввиду большого риска возникновения побочных эффектов;
  • рмж сопровождаемый воспалением;
  • беременность, т. к. высок риск нанесения вреда организму малыша лучевой терапией.

Удаление молочной железы является единственным способом минимизировать риск рецидива. Однако это не исключает риск развития рака другой грудной железы.

Операция назначается только в случае подтверждения диагноза после предварительного обследования (КТ и маммографии) и проведенной биопсии. Поэтому в подготовку к операции входит рентген груди, в особенности, если возраст женщины от 45 лет, общий анализ крови, дополнительно врач может назначить МРТ. Перед операцией пациентка должна осведомить врача о следующем:

  • применение каких-либо препаратов, которые способствуют разжижению крови;
  • использование вовнутрь растительных препаратов и настоев, поскольку некоторые травы способны увеличить риск открытия кровотечения, поэтому за несколько недель до операции необходимо отменить прием препаратов;
  • наличие хронических заболеваний, а также ранее перенесенные болезни;
  • наличие в анамнезе других хирургических вмешательств;
  • имеющиеся аллергии, а также реакция организма на общий или местный наркоз.

Если женщина курит, то дополнительно назначается ЭКГ, сдается анализ на сахар и содержание жиров, измеряется артериальное давление. После 60 лет прохождение рентгена является обязательным. Врач должен обладать максимальной информацией, это сможет снизить риск осложнений и развития побочных эффектов. При наличии воспалительных процессов за 2-3 недели назначается лечение антибиотиками. За 10 часов до назначенной операции грудных желез пациентка должна прекратить употребление пищи.

При раке грудных желез врач может руководствоваться несколькими методиками в зависимости от индивидуальных особенностей, диагноза, стадии и общей картины заболевания. Также при выборе метода хирургического лечения учитывается степень вовлечения в раковый процесс лимфоузлов и окружающих тканей. Выбор операции зависит от следующих показателей:

  • стадия заболевания;
  • расположение и размер опухоли;
  • размер груди;
  • общее состояние, наличие хронических заболеваний;
  • возраст;
  • индивидуальные показатели.

В данный момент, пациентка сама может участвовать в выборе техники и метода выполнения операции при раке груди. Благодаря новшествам хирургической техники, во время операции можно полностью сохранить грудь, при отсутствии такой возможности, устанавливаются имплантаты.

Новшества медицины позволяют провести операцию по удалению опухоли с сохранением молочной железы. Органосохраняющая операция при раке грудных желез – это частичное иссечение груди в месте локализации опухоли. Такой метод позволяет не только полностью удалить раковые ткани, но и сохранить форму, внешний вид груди, а также позволит осуществлять молочную активность в репродуктивном возрасте.

Данный вид операции происходит сегментарно или с помощью секторальной резекции. Лампэктомия подходит при удалении молочных желез у женщин с небольшими раковыми образованиями до 2,5 см. Данный метод позволяет полностью сохранить грудь, что оказывает положительное влияние на эмоциональное состояние женщины и период реабилитации. Врачи утверждают, что данный вид удаления рака является не менее результативным в отличие от других способов.

После частичного удаления молочной железы назначается радиотерапия с целью снизить риск рецидива, а также для борьбы с оставшимися раковыми клетками. 90% пациенток перенесших такую операцию с сочетанием радиотерапией полностью избавились от заболевания, при этом сохранив эстетичный вид.

Данные способ используют при опухолях среднего размера, более 2,5 см. Во время операции происходит частичное удаление молочной железы (иссекается четвертая часть). Помимо этого удалению подлежат лимфоузлы I-III уровня из подмышечной впадины. После проведенной операции назначается лучевая терапия.

Данная операция по удалению молочной железы проводится намного чаще, чем другие. Во время мастоэктомии удаление молочной железы происходит полностью, вместе с прилегающими лимфатическими узлами в зоне подмышек. Несмотря на это внешний вид груди можно будет восстановить с помощью пластики. Как и все другие виды операции, после мастоэктомии необходимо проводить лучевое облучение и химиотерапию, без них операция является не результативной ввиду большого риска рецидива и осложнений.

Мастоэктомия проводится по нескольким методам и имеет 4 типа:

  1. Тотальная. Во время операции врач полностью удаляет грудную железу, при этом оставляя лимфоузды и мышцы груди. Показаниями удаления лимфоузлов является их локализация в толще груди. Тотальная мастоэктомия проводится в профилактических целях при высоком риске развития рака в груди, а также при карциноме молочной железы.
  2. Радикальная модифицированная. Самый распространенный тип операции, при котором происходит полное удаление молочной железы с прилегающими лимфоузлами и малой грудной мышцей.
  3. Радикальная. Данный тип операции используют редко. Операция заключается в удалении обеих молочных желез. Во избежание нарушения иннерваии во время операции длинный грудной нерв не трогают. Грудь удаляется вместе с лимфоузлами, такая операция показана на поздних стадиях заболевания, а также при обширной локализации.
  4. Билатеральная. Данный тип предусматривает удаление обеих молочных желез, даже при локализации опухоли только в одной груди. Билатеральная мастоэктомия показана при нахождении опухоли в нескольких сегментах, что говорит о риске распространения на вторую грудь. Также, если у женщины маленький размер груди, после операции не остается тканей для пластики, что окажет больший внешний дефект.

После проведенной операции и следующих показаниях назначается лучевая терапия:

  • большие размеры опухоли, более 5 см;
  • при поражении более 4 лимфатических узлов;
  • при наличии метастаз;
  • при наличии опухолей в нескольких участках груди.

Практически каждый вид хирургического лечения рака груди включает в себя удаление лимфатических узлов, зачем это нужно? Во время диагностирования заболевания проводится биопсия входе которой устанавливается, имеются ли раковые клетки. Это говорит о том, что существует большой риск распространения раковых клеток через лимфоток в другие органы и части организма, метастазировании опухоли. При распространении злокачественных клеток в органы они начинают увеличиваться, развивая вторичный рак. Поэтому при обнаружении раковых клеток в лимфатических узлах, а также в качестве профилактики во время операции проводится удаление лимфоузовыз в зоне подмышечных впадин.

После проведенной операции через 36 часов женщине уже разрешают передвигаться по палате, но делать это следует аккуратно в спокойном темпе, поскольку швы врач снимет только спустя 1,5-2 недели – все зависит от индивидуальной переносимости и общего состояния здоровья пациентки. В среднем восстановительный период после проведенной операции составляет около 1,5 месяцев, в отдельных случаях срок может продлиться.

После проведенной операции по удалению рака запрещаются следующие действия:

  • принимать горячие ванны, а также душ до снятия швов;
  • заниматься физическими упражнениями;
  • находиться под палящими лучами солнца и посещать солярий;
  • проводить инъекции в руку со стороны проделанной операции;
  • купаться в водоемах и бассейнах можно только по истечению 2 месяцев;
  • половые контакты запрещены на протяжении 1,5-2 месяцев.

Также врач дает рекомендации, которые необходимо выполнять весь срок восстановления для снижения риска развития осложнений. К ним относится:

  • держать в чистоте область груди, рук и подмышек;
  • при любом повреждении кожного покрова рук, даже при небольшой царапине необходимо обработать зону антисептиком;
  • спать на противоположной стороне;
  • носить бандаж для груди, это улучшит микроциркуляцию и уменьшит отечность;
  • проводить легкий массаж руки, начиная от пальцев и заканчивая плечом.

Через 2-3 недели, когда будут сняты швы необходимо начать разработку отекающей руки с помощью следующих упражнений:

  • подъем рук вверх и в стороны, выполнять можно стоя или сидя;
  • поднять руку и пытаться завести ее за голову, упражнение выполняется в сидячем положении;
  • согнуть руки в локтях перед грудью, поднимать локти в стороны максимально высоко, выполнять необходимо стоя;
  • заведение рук за спину.

Данные упражнения необходимо применять ежедневно для восстановления движения руки. Также необходимо пересмотреть питание, оно должно включать только полезные продукты. Калорийность должна быть не низкой, но в то же время пища не должна нагружать желудок. Стоит избегать употребление жаренного, мучного и копченого. Меню должно состоять из клетчатки, рыбы, мяса, овощей и фруктов. Уменьшить употребление сахара и соли.

Сразу после операции женщина может ощущать болезненность, которая устраняется с помощью обезболивающих. Под кожей или в самой ране может происходить скопление серозной жидкости, для ее удаления на неделю вводят дренажную трубку.

Ввиду индивидуальных особенностей организма, а также неизбежных восстановительных процессов зафиксированы следующие осложнения:

  • образование гематом и кровотечений;
  • через 20-30 дней после операции происходит нарушение лимфостаза, что приводит к опуханию руки и ее онемению;
  • поднятие температуры вследствие процесса нагноения в ране или плохой микроциркуляции тканей;
  • появляется рожистое воспаление вследствие атаки стрептококков кожи молочных желез;
  • болезненность после восстановительного периода может быть вызвана шрамами и рубцами, которые образовались вследствие рассечения тканей;
  • появление более сильных болей, сопровождающиеся покалыванием и онемением руки и в области подмышечной впадины.

Помимо внешнего дискомфорта некоторые женщины впадают в депрессивное состояние, которое связано с ощущениями собственной ущербности. Но после восстановительного периода, помощи психолога и проведения пластики груди, стресс проходит, не оставляя следов на психике.

Онемение руки происходит у 95% женщин, это связано с нарушением лимфотока при удалении груди вместе с лимфоузлами. Нарушения могут возникнуть спустя 4-5 недели, данный вид нарушения называется лимфостазом – это ухудшение оттока внутритканевой жидкости. Данное осложнение проявляется в отеке и появлении онемения во внутренней стороне руки. Во время операции происходит повреждение нервных окончаний, что приводит к плохой подвижности плеча.

источник

Женщинам с раком груди кроме химиотерапии нередко делают и мастэктомию — операцию по удалению молочной железы. Иногда вырезают только опухоль, но некоторым приходится удалять грудь полностью.

Читайте также:  Альтернатива химиотерапии при раке молочной железы

Четыре женщины, перенесшие радикальную мастэктомию, рассказали «Бумаге», как операция изменила их отношение к себе, почему они решили не вставлять импланты и как на это отреагировали их близкие.

— У меня двое детей, благополучная семья, я очень спортивная. И к врачам ходила в основном с травмами. У меня была порвана плечевая мышца, и я сначала лечила плечо, потом нашла что-то в груди, и врачи мне сказали, что это, скорее всего, синяк. Но на всякий случай сделали пробу. Это было в декабре 2016 года. И вдруг звонят из поликлиники и говорят, что мне нужно срочно прийти. И так настаивают.

Долго не могла поверить в то, что мне рассказывают, не могла вникнуть в смысл слов «атипичные клетки». Потом уже поговорила с хирургом, он сказал, что диагноз не вызывает ни малейших сомнений, вопрос только в том, какой это вид и какая схема лечения. Помню состояние абсолютной паники и растерянности: что делать, куда пойти? Паника длилась, наверное, неделю.

На работе сказали, что оплатят мое лечение в Герцена (Московский научно-исследовательский онкологический институт имени Герцена — прим. «Бумаги»). Операция прошла 4 августа 2017 года. Сначала я была настроена сразу же сделать одномоментную реконструкцию, потому что просто не представляла, как жить без груди. У меня была паника от картинок, которые я видела в интернете: смотрела на них и рыдала.

Но хирург сказал, что не рекомендует делать одномоментно: у меня третья стадия с метастазами — реконструкция пострадает при лучевой терапии. Технически реконструкцию можно делать спустя полгода после терапии. Я была настроена восстанавливать грудь, но только своим лоскутом (метод восстановления, при котором вместо имплантов используют собственные ткани пациентки: часть мышцы с передней брюшной стенки или лоскут со спины — и перемещают в область груди — прим. «Бумаги»). Однако потом была уже утомлена прошедшим лечением: восемь химий — это очень тяжело. Если после первой химии я была «не в форме» первые два дня, то после восьмой — десять дней совсем никакая.

Это настолько злобное лечение, что организм еще не восстановлен. Понимание этого тормозит меня делать что-то с грудью. И на предложение сделать самую дорогую операцию хирург сказал, что она мне не подходит. И потом, очень много деталей, о которых узнаешь, только вникнув в тему. Например, я перенесла лучевую и потеряла большой вес. Мне сказали, хорошо, что я не сделала имплант: при потере 15 кг и изменении тела он мог бы оказаться на спине.

Мне рекомендуют делать именно импланты, но я не хочу: надеюсь снова заниматься плаванием и айкидо, а [при физических нагрузках] они могут травмироваться, порваться внутри. И вопрос в их долговечности. Что с ними будет через 10 лет, через 20? Я человек нестарый, меня напрягает, что эта штука будет жить внутри меня долгое время. Скорее всего, операцию делать не стану.

Когда у меня была шестая или седьмая химия, в палату привезли женщину, которая не стала делать радикальную мастэктомию. Сейчас у нее метастазы по всему телу. Сколько ей осталось и что можно сделать? Смотреть на нее больно и страшно. Я для себя решила, что это подсказка свыше: [вот] что произойдет, если пожалею убрать грудь.

Было страшно до последнего, даже не могла смотреть на себя в зеркало после операции. Сейчас привыкла. Муж говорил, что для него это абсолютно неважно, но это не те слова, которые я хотела услышать. Когда было совсем тяжело, звонила по телефону горячей линии. И хочу сказать, что сотрудники отрабатывают свою миссию прекрасно. Когда я была на грани отчаяния, слышала [от них] слова, которые, наверное, и хочет услышать человек в такой момент.

Вдруг я поняла, что не одна. Девчонки из группы поддержки рассказывали, что это [удаление груди] как раз фигня, что из всех аспектов лечения он наименее травматичный.

Сейчас хожу в бассейн и до сих пор не могу раздеться при всех: прячусь и переодеваюсь отдельно. Не могу раздеться при муже, хотя он уверяет, что это не имеет никакого значения. Это имеет значение.

С операцией справилась, но длинное лечение сильно меняет мировоззрение. Теперь я ценю себя, жизнь приобрела яркие цвета. Больше не психую из-за немытого пола, непоглаженного белья — хрен с этим. Год не могла это делать и поняла, что [члены семьи] и так проживут; не буду готовить ужин из трех блюд — сварят себе пельмени.

Главное, мне хотелось бы перестать бояться рецидива. Никто не может объяснить, почему это произошло со мной. И образ жизни, и диета — всё было. Я не пила, не курила, родила детей, кормила их сама — не попадаю в группу риска. Один из факторов, почему я не иду на импланты: некоторые онкологи говорят, что это увеличивает риск рецидива. Свою прежнюю форму восстановлю: я человек целеустремленный. Но как мне перестать бояться, что мне опять поставят такой диагноз, не знаю.

Работает в социальной сфере в Москве

— В ноябре 2015 года мне поставили диагноз «рак груди», а в конце года сделали полную мастэктомию левой груди. Сейчас у меня ремиссия.

Моя бабушка болела раком груди; из-за этой болезни умерла мама, когда мне было 16 лет. Тогда я жила в онкоцентре на Каширке (Национальный медицинский исследовательский центр онкологии Блохина, РОНЦ — прим. «Бумаги»). Я всегда была «онконастороженной»: всю жизнь боялась заболеть — до психических срывов (и ходила к психологу, который пытался сгладить этот страх). Тем не менее болезнь не миновала, хотя я регулярно наблюдалась.

Сначала мне диагностировали фиброаденому (доброкачественная опухоль — прим. «Бумаги»), но в итоге это оказался рак. Опухоль обнаружил муж. На следующий день мы поехали в маммологический центр на обследование, но я знала: это диагноз, рак.

Мне диагностировали вторую стадию, и я понимала, что нужно сделать всё радикально, убрать [молочные железы] по максимуму. Мысли, что я теряю грудь и буду испытывать какие-то неудобства или страдания, не было. Просто сгруппировалась и дала себе установку: надо держаться за жизнь.

Я мама 13-летнего ребенка, у меня семья. Муж сразу сказал: «Саша, даже звука не произноси о реконструкции. Ты мне нужна живая: с грудью, без груди, кривая, косая — неважно, лишь бы ты была здесь, с нами».

Девочки, с которыми лежала в больнице и с которыми сейчас общаюсь, не видели себя без груди и решились на реконструкции. Но [реконструкция] — это операция не без последствий. Лечение было очень тяжелым, организму требуется много сил, чтобы это выдержать. И для себя решила, что не готова к этому ни физически, ни морально. Реконструкция — это шестичасовая операция с наркозом, двухнедельный вынос из жизни, который я не могу себе позволить. Стоит ли грудь таких мучений? Для меня нет.

Комплексов и дискомфорта у меня нет, спокойно смотрю на себя в зеркало. У меня вставлен протез, я ношу красивое нижнее белье, замечательно чувствую себя на море в купальниках. Понятно, что не могу надеть какое-нибудь декольте или что-то еще, но этим можно пожертвовать. Чем больше живу, тем больше понимаю, что реконструкция мне не нужна.

Вообще, во мне нет сентиментальности, я даже не плакала [из-за болезни]. Единственное, сказала мужу: «Игорь, ну е-мое, в 38 лет!». А потом видела женщин, заболевших онкологией и в 38, и в 28, и в 20 лет. Я не зациклена на себе, смотрю вокруг и понимаю: есть девчонки-героини, которые столько прошли. А я? Ну прооперировалась, прошла курс химиотерапии, прохожу обследование. Какое отсутствие груди, какие комплексы? В мыслях — только выжить, идти вперед, дожить до совершеннолетия ребенка, дай бог, выучить ее. Была бы возможность, я бы и вторую грудь убрала к чертовой матери.

Специалистка по нетрадиционной медицине из Москвы

— Когда узнала про диагноз, конечно, была в шоке. Но у меня даже вопросов не возникает, [почему это произошло]. В моем случае [причиной] заболевания стала психосоматика. Как мы обычно: нигде не болит — и ладно, а эмоции не так важны в жизни. Оказалось, что очень важны.

У меня была небольшая опухоль в груди, и она меня не беспокоила. В то время я помогала подруге [с ее депрессией], у которой муж умер от рака в 42 года. И вдруг начала думать, а что у меня там [в груди]? Меня это стало беспокоить даже не физически, а эмоционально. Пошла к врачу, и мне моментально поставили диагноз, анализ всё подтвердил, хотя ни боли, ничего не было. Диагностировали вторую стадию.

Когда мне до операции сказали, что возможно полное удаление, я ударилась в рев и в слезы. Но потом [врачи] сказали: «Да нет, обойдемся резекцией (частичным удалением груди — прим. «Бумаги»)». Мы еще думали, в какую сторону сделать шов, как буду прятать его под купальником.

На операционном столе выяснилось, что у меня внутрипротоковый рак, и грудь удалили полностью. Мне было очень тяжело, и процесс по выходу из этого состояния был очень тяжелым. У меня была и химиотерапия, и лучи, но думаю, что держусь за счет нетрадиционной медицины: биоэнергетики, биодинамики, работы с собой, вырисовывания своих эмоций, еще я мандалы рисую.

У меня была дикая депрессия, непрекращаемый поток слез. И если бы не мои подруги, которые вытягивали меня из этого состояния, не знаю, чем бы всё закончилось. Рука после операции не действовала, не могла поднять чашку с водой. Сейчас более или менее, могу выполнять бытовые задачи.

Муж удаление груди воспринял спокойнее меня. Так сложилось, что у нас родственники, у которых находили рак, все умирали. И поэтому потеря груди, а не жены была для него меньшим злом, он прямо об этом говорил. Но меня это мало успокаивало.

Пока не знаю, буду ли делать пластическую операцию, год делать ее нельзя. Переживания смягчились. Но это не я такая умная красавица — просто мне помогли.

Для меня грудь связана с сексуальностью, а женщина без груди — это уже не женщина. Поэтому потеря груди — это потеря и сексуальности, и красоты, вообще всего. Но сейчас понимаю, что в лифчике, например, не видно, что я без груди. Поэтому для посторонних людей ничего не поменялось. Отсутствие груди видно в интимном моменте, в бане. Но в баню мне сейчас всё равно нельзя. Есть такие фитнес-центры, где не общий душ, а кабиночки, я в такой ходила. Но тема пляжа для меня еще не решенная.

Плюсы реконструкции: у меня будет грудь, и меня перестанет беспокоить этот вопрос. А минусы: неизвестно, как себя поведет рука, и брать лоскут живота… Импланты мне не подходят, потому что я буду ощущать в своем теле что-то инородное. И еще очень пугает воздействие наркоза на мозг: потом от него долго отходишь, способность к биоэнергетике понижается — это меня останавливает.

Работала на заводе в Петербурге

— О диагнозе узнала случайно: в апреле прошлого года мылась в душе и нашла у себя уплотнение. Обратилась к гинекологу, а она даже смотреть меня не стала, сказала: идите к хирургу, к терапевту и, вообще, куда хотите. Сделала УЗИ, и врач сказала, что это очень похоже на опухоль. В итоге я пошла в онкодиспансер на Удельной, где мне дали направление в Песочное (НМИЦ онкологии имени Петрова в поселке Песочное — прим. «Бумаги»).

Там все хирурги в один голос сказали, что это опухоль. Сейчас у меня третья стадия, я прошла кучу обследований, и ни одно не выявило саму опухоль, только метастазы. Было обидно удалять грудь, понимая, что опухоли там может и не быть, что она может оказаться в совершенно другом месте. Но биопсия показала, что метастазы именно от молочной железы.

Был вариант резекции, но поскольку непонятно, в каком месте находится опухоль, наобум вырезать какую-то часть [было неэффективно]. А где гарантия, что она не в другом месте? Заведующая отделением сказала, что если для вас это не принципиально важно, то лучше убрать грудь целиком. Мы с мужем посоветовались и решили, что будем удалять полностью.

Любая женщина не готова расстаться со своей грудью, мне было жалко до последнего. Но я себя уговаривала, что это поможет выжить. Что если не сделаю этого, то опухоль, возможно, останется — и тогда придется всё начинать сначала.

Муж до последнего не верил в происходящее. Он у меня человек немногословный, за эти месяцы «постарел». Дети — у меня два мальчика, уже взрослые — поначалу даже не поняли, что произошло. Младшему мы сначала не говорили [подробностей], слово «рак» даже не произносили.

Реконструкцию, скорее всего, делать не буду: не считаю нужным подвергать свой организм дополнительной нагрузке. Всё это не так просто, как рассказывают: нужна серьезная подготовка — не месяц и не два, будет больно, невозможно добиться абсолютной симметрии, то есть нужно и вторую грудь оперировать. Я считаю, что с таким заболеванием, как рак, чем меньше вмешательств, тем лучше. Но, может, изменю свое мнение года через три-четыре.

У меня в семье одни мужчины, поэтому не даю слабины. Все эти мысли, что я инвалид, стараюсь от себя гнать, чтобы не плакать и не расстраиваться. Когда одета, вроде как ничего, но когда раздеваюсь, тяжело. Не могу раздеться при муже, показать ему это всё. Он говорит: «Что ты глупостями занимаешься? Что ты прячешься?». Но я пока не могу себя пересилить.

Поначалу отдыхала. А потом поняла, что если буду лежать, то сойду с ума: у меня все мышцы ослабли, осанку держать не могла. С апреля по январь, когда проходила химиотерапию, не было такой минуты, чтобы не думала о диагнозе. Дошло до того, что с ноября перестала спать. А после операции — как отрезало, будто организм сказал: «Всё, у меня нет рака».

Сейчас из-за лучевой терапии мне нельзя заниматься спортом, но с сентября пойду в бассейн: руку нужно всё время разрабатывать. Я созваниваюсь с женщиной, [которой тоже сделали мастэктомию], она ходит в бассейн и говорит: «Иду в туалет и переодеваюсь там в купальник, никто ничего не замечает». Конечно, при всех это будет не очень легко, но когда переживаешь такую болезнь, очень многое меняется в мироощущении. Если мне будет негде переодеться, буду переодеваться при всех, потому что это нужно для моего здоровья. Кто что подумает — это мало меня интересует. Может, задумаются и пойдут к врачу. Произошедшее со мной сподвигло знакомых пойти обследоваться.

За помощь в подготовке материала «Бумага» благодарит благотворительную программу «Женское здоровье»

источник